Когда останется только тишина

Вернее, побежала всё же сестрёнка Дарэмо в то время, как он сам чуть притормозил и спрятался, подслушивая разговор взрослых людей:

– Милый, всё хорошо?

– Снова был приступ, я не уверен, что…

– Не говори ничего плохого, – она с испуганным лицом подошла к мужу, обнимая его, – Мне так страшно…

– Детям скоро в школу, придётся перебираться в город.

– Может тебе лучше остаться? Врач говорил, что тебе будет лучше на природе.

– Я не хочу оставаться один. Будет лучше, если мы поедем все вместе в город.

Тут прибежала маленькая девочка с диском в руках, радостно сообщая, что хочет посмотреть именно этот мультфильм сегодня.

Резко, внезапно и неожиданно я перестал видеть фильм, увидев перед собой лицо Дарэмо. Я испугался, даже вздрогнул от этого неожиданного события, как сильно привык я быть наблюдателем того фильма, той истории из его детства…

– Дарэмо, – спросил я, когда понял, что вокруг нас только тишина, – А что с твоим отцом сейчас?

– Он умер через полтора года после того случая.

– Прости… всё же грустная история…

– Наверное, – он пожал плечами, после чего посмотрел на часы, – Мне пора. Через пару минут я должен буду тебя покинуть.

С этими словами Дарэмо поднялся. Я проводил его до дверей, после чего закрыл их за парнем. Всё это было молча, мы не попрощались и не договорились о новой встречи. Он просто ушёл, оставляя после себя многоточие.

Я вернулся в комнату, посмотрел на свой рисунок в тетради. Помниться, он просил нарисовать для него моё воспоминание, связанное со свободой.

Передать в картине то, что так мастерски смог пересказать словами мне он.

Я взял свой эскизник, уселся на кровать и стал перебирать воспоминания, но в голове всё так же крутилась его история. Тот хвойный лес, тот белый дом, рыжеволосая девочка и чувства Дарэмо, когда он обнаружил своего отца холодным.

Глава 2 Свобода и мумия

Прошла суббота, прошло воскресенье. Началась новая рабочая неделя. Я продолжал учиться, причём успеваемость моя была высокой.

Я, как и тогда, больше не видел и не слышал о Дарэмо. Он вновь исчез, оставляя о себе яркое, детальное воспоминание. На моё удивление, каждый раз, когда я хотел вспомнить его самого или его рассказ, всё было чётко, как если бы я имел возможность вновь переживать тот момент своей жизни.

Я помнил про его просьбу нарисовать для него. Я долго думал над сюжетом своего рисунка и через дня три всё же решился. Я вспомнил историю, когда мне было десять.