Спасти Париж и умереть

– У вас неповторимый художественный почерк, вас ни с кем не перепутаешь, – продолжала девушка, – а вы просиживаете здесь день-деньской…

– Адель, ты ведешь себя как ребенок! – сказал художник, вставая со своего места и поднимая картину. – Как только ты смогла убежать от того немца, которого столкнула в реку…

С ней действительно был такой случай. Девушка шла по набережной Сены, когда к ней стал приставать пьяный немецкий фельдфебель. Она, ни слова не говоря, толкнула его, и пьяница свалился с моста. Девушка припустила бегом с места происшествия.

– Ничего! Он неплохо выкупался! – презрительно ответила Адель.

– Все равно… Нельзя быть столь беспечной и называть наших освободителей «бошами»… – Художник понизил голос, оглянулся. – В городе полно гитлеровцев…

– Я ненавижу бошей! – презрительно прищурившись, произнесла девушка, которую звали Адель.

– Да? И ты намерена всегда сталкивать их в реку? А если Сены рядом не будет?

– Ха! – Она пожала плечами.

– Кто же это? – поддел художник.

Она понизила голос:

– Главнокомандующий немецкими вооруженными силами во Франции генерал Отто фон Штюльпнагель!

– Генерал Отто фон Штюльпнагель принял сторону заговорщиков, милая, – покачал головой художник. – Он арестован после покушения на фюрера. Тебе следует придумать другое имя… Например, военный комендант Зигфрид фон Маннершток…

У Адель был настолько удивленный вид, что художник фыркнул.

– Мсье Клод? – отвлекся от работы сосед. – Вас веселит ваша племянница?

– Еще как веселит! – ответил дядюшка Клод. – Если бы ты знал, что она недавно учудила… – И все же Клод не хотел рассказывать коллеге о том, как Адель столкнула немецкого фельдфебеля в реку. Внезапно погрустнев, он сказал о другом: – Она хуже ребенка, Шарль… Адель, дорогая, – обратился он к девушке. – Я все-таки прошу тебя быть осторожней. Как ты ведешь себя?

Девушка опустила голову, но тут же стрельнула взглядом по сторонам.

– Дядюшка, умоляю, перестаньте воспитывать меня, вот приближается молодой человек, которому я вполне могу понравиться…

– Ты совершенно невозможна, Адель, – вздохнул художник. – Но довольно. Ты принесла газету?

Вынув из сумочки газету, сложенную вчетверо, девушка передала ее художнику и вновь устремила взгляд на улицу. По тротуару шел молодой незнакомец. Было похоже, что он действительно посматривал в сторону Адель.