Спасти Париж и умереть

 – Ваших войск нет во Франции!

– И парашютный десант, к сожалению, не выбросишь, – с едкой иронией добавил Трумэн.

– Тем не менее у нас надежные средства, господа, – спокойно произнес Молотов. – Вот увидите, Париж, эта подлинная жемчужина Европы, останется цел.

Молчаливый человек, до сих пор не подававший признаков жизни, согласно наклонил голову.

Глава 2

Холм Монмартр черепашьим панцирем возвышался над Парижем. Старинные дома облепили кривые улочки. Под разноцветными черепичными крышами разместились художники – их было много, очень много, мольбертами заставлен, казалось, весь район.

Среди художников выделялся седовласый красавец, который сидел под раскидистым платаном. На художнике был берет. Человек этот, имевший худощавую фигуру, впалые щеки и умные глаза, со спины выглядел лет на тридцать, не больше. Однако лицо его, покрытое сетью морщин, говорило о возрасте. Портретист был старше, много старше…

Художник рисовал собор Сакре-Кер, видневшийся в конце улицы.

На асфальте возле трехногого мольберта стояло несколько портретов немецких офицеров.

– Спрячь портреты, зачем выставлять такое количество? – обратился к художнику коллега – толстоватый, одетый в молодежную цветастую рубашку, примерно одного с седовласым возраста.

– Этим я демонстрирую лояльность к властям, – буркнул седовласый.

Внезапно взгляд его выделил из толпы девушку, которая шла по тротуару.

Складной стул для клиентов, стоявший под деревом, был свободен. Девушка надула губки и вдруг решительно прошла к стульчику, опустилась на него. Она расстегнула сумочку и стала нервно в ней копаться, вытащила на свет зеленую пачку сигарет «Лоран», щелкнула зажигалкой и закурила.

Художник тем временем выбирал кисти.

– Адель, тебя так и нарисовать – с сигаретой в руке и лицом в облаке дыма? – пошутил он.

Взгляд девушки был устремлен вдаль. После вопроса она встрепенулась и посмотрела на художника.

– Ах, дядюшка Клод, как жаль, что вы растрачиваете свой талант на портреты этих жирных самодовольных бошей! – заговорила девушка. Она тронула носком маленькой туфли один из портретов, стоявших у ее ног.

Картина упала.