Третий дубль

Капитан посмотрел на часы. Три. Если шеф задержит надолго, на обед не останется времени. «Ну и ладно, – подумал он. – В шестнадцать в “Севере” поем. Блинчики разговору не помеха».

– А у меня званый обед в «Севере», – сказал он. – Шампанское брют, мороженое с вишневым вареньем…

Мороженое было слабостью капитана. Особенно с орехами или с вишневым вареньем. Мать его очередной невесты ловко использовала эту «слабость», чтобы отговорить дочь выходить замуж за милиционера: «Если мужик сластена, а вместо водки пьет шампанское – человек он пропащий.

– Ты бы, Саша, притормозил, – задумчиво глядя на Панина, сказал майор. – Начальство нас балует, пока все идет гладко. А чуть серьезный прокол – каждое лыко в строку поставят. Если не выйдешь на след певца сегодня-завтра, аукнется тебе и рапорт начальника ГАИ, и отсутствие на оперативках, и обед в «Севере».

– Чудак ты, Миша! Тебе чего не скажи – все за чистую монету принимаешь! Встреча у меня в «Севере» со свидетелем.

– У тебя никогда не разберешься, шутишь ты или правду говоришь, – недовольно пробурчал Зубцов. – Сказал, шампанское идешь пить… Может, с новой невестой встреча!

– А ты, Миша, в служебное время никогда шампанское не пьешь? – улыбнулся Панин. – Или бывало?

– Иди ты!.. – рассердился майор.

Все в управлении знали, что у Зубцова с чувством юмора напряженно, и постоянно оттачивали на нем свое остроумие. А Панин даже надеялся, что в одно прекрасное утро Зубцов вдруг на шутку ответит шуткой.

Капитан заглянул к Семеновскому, но шеф был на выезде.

«Очень кстати, – подумал Панин, – может быть, в “Севере” что-нибудь новенькое узнаю. Тогда уже и докладывать не стыдно будет».

– Шеф на Охте, – сказал дежурный по управлению. – Убийство и ограбление квартиры…

– Что взяли?

– Коллекция охотничьих ружей. Тридцать штук.

– Бывают же такие коллекции! – подивился Панин и добавил: – Тридцать ружей не иголка! Какой-то малахольный позарился. Шеф его за сутки разыщет. Вот легкомысленный певец, любимец публики… – он не договорил. Подумал: «А вдруг он не такой уж и легкомысленный»?

Свои «жигули» Панин припарковал на Манежной площади. С сожалением посмотрел на пыльные, давно немытые бока автомашины. «Подзапустил я тебя, старушка. Потерпи. В воскресенье намою до блеска».