Ордалия

И вдруг меня осенило. А ведь и правда, почему? Не знаешь?

– Я думал, что мы с вами в одной лодке. – сквозь зубы процедил Ованес. – Я же столько раз вас прикрывал.

– За это тебе конечно же спасибо, но… ты знаешь? Какая-то слабая отдача получается. Или ты думал, что раз ты прокурорский, так мы к тебе на поклон должны бегать? Хер там плавал! Срать мы хотели и на твою должность и на твой статус!

Ованес не выдержал и со всей силы ударил Жусипа кулаком по лицу. Его цепные псы набросились на Ованеса моментально.

– Вы за всё ответите, козлы. – перебарывая боль и захлебываясь собственной кровью, проговорил Ованес, – Я вас всех кончу!

– Кого ты собрался кончать, придурок? – Жусип присел на корточки, схватил Ованеса за волосы и подтянул к себе. – Ничего у тебя не получится, можешь даже не пытаться. Ты даже не представляешь сколько всего у нас есть на тебя.

Жусип с ребятами снова разразились хохотом. Впервые в жизни Ованес не знал что делать. В детстве можно было забиться в угол и заплакать, ожидая появления мамы, которая пожалеет и успокоит. Всё это было очень давно, но Ованес не видел иного выхода. Слезы потекли сами собой и от этого ему стало еще хуже.

– Пацаны, смотрите, всесильный прокурор плачет. – верещал один из оперов, тыкая в Ованеса пальцем.

– Дай-ка я засниму и этот момент тоже. Прибавлю к общей коллекции.

– Отставить! – выкрикнул Жусип, – Сворачиваемся. Пусть наш прокурор посидит здесь и подумает о своём поведении. Диляр!

– Да, шеф, – отозвался прыщавый опер в звании лейтенанта.

– Кажется у господина прокурора сдулись шины, пойди проверь.

– Точно сдулись, господин майор, – с улыбкой на лице ответил Диляр и достал из внутреннего кармана складной ножичек, – Какой-то недоброжелатель порезал их… скорее всего ножом, ха-ха-ха.

«Нет, пожалуйста» – думал про себя Ованес, – «Хотя бы машину не трогайте».

***

Машина тяжело и со скрипом доехала до ближайшей шиномонтажной мастерской. Заплатке шины не подлежали и Ованесу пришлось раскошелиться на новые. Ремонтники содрали с него кругленькую сумму, но других вариантов не было. Через час надо быть во втором окружном суде, где будет решаться судьба отца о дальнейшем пребывании на свободе.