Ледяной клад

Получается, плюсов четыре, минусов два. Так?

– Математика, конечно, тут не годится, но, скажем, так, – не очень охотно, а все же подтвердил Михаил. – Пошли дальше. Доказывай теперь, где труднее.

И Максим опять обосновал три своих доказательства и снова набрал четыре плюса и два минуса. Плюсов могло бы оказаться и больше, если бы Максим сумел убедить Михаила в том, что работа моториста, в общем, труднее, чем работа «смотрителей дорог». Михаил упрямо повторял, что Максим путает два понятия – трудность и интересность и что работа моториста попросту интереснее, а не труднее.

Он щупал свои бицепсы и кричал: «Кому больше они нужны – рабочему на дорогах или мотористу?» Максим протестовал: «Не меряй трудности только на силу рук. Голова! Голове где труднее?» И Михаил резал его под самый корень: «Голове труднее всего спорить с тобой, Макся».

Вопрос «где нужнее» рассмотрен был почти при полном обоюдном согласии. Только одно очко было засчитано «против». Если перебираться на рейд с прицелом работать на катере, так не нужнее ли они пока здесь, при дороге? До лета еще далеко, а возят лес каждый день, Максим, ссылаясь на Цагеридзе, правда, пытался доказывать, что вырубить и вытащить изо льда замороженных бревен на миллион рублей – дело никак не менее нужное, чем вывозка к реке леса, подсобного для сплавных нужд, но Михаил и тут его смял: «Разве может, государство рассчитывать на то, что уже, считай, пропало, и на второе место ставить нормальный план сплава! Надо, Макся, мыслить, а не просто красивые слова говорить».

Они еще поспорили по пустякам, но в главном договорились: конечно, если все брать относительно, так передовая линия трудового фронта проходит все же намного ближе к самому Читаутскому рейду, чем к лесовозной дороге через Ингут. Стало быть, и можно и должно переехать на рейд.

– Помнишь, Макся, у Николая Островского: жизнь человеку дается один раз, и прожить ее надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы… Может, Макся, мы с тобой ошиблись с самого начала – не поехали на целину, или на Братскую ГЭС, или куда-нибудь на еще большую стройку.

Может, там и вернее сошлись бы все наши три «где» – где труднее, где нужнее и где интереснее. Но порхать, как мотыльки, от одного огонька к другому мы не должны. Приехали сюда – точка! Надо сперва здесь по-настоящему проверить все свои три «где», а там уже решать – по нашим ли, Макся, с тобой умишкам и всему прочему ехать еще куда-то.