Геном Ньютона

– Каким образом? – спросил начслед, он все больше входил в роль надзирающего за законом и законностью проведения следственных действий. – Мы обнаружим его труп?

– Нет, возможно, он вернется, так как похитители убедятся, что взяли не того, и его отпустят…

– Если похитители ребята серьезные, что им его отпускать… Грохнут, чтобы потом проблем не создавал.

– Если они ребята не совсем отмороженные, то они так не поступят. Но если истинные отморозки, то это как раз возможно.

– Хорошо, – согласился начслед, – мы можем начать проверку, но пусть первым материалом в ней будет объяснение этой дамы.

– Да нет проблем, – ответил Вартов, – я сейчас ей позвоню.

– Прекрасно, – сказал начслед, – я сам этим займусь, потому что моим подчиненным надо будет долго объяснять, для чего все это делается.

Вартов согласно кивнул. Он чувствовал себя неловко в роли просителя. Обычно при контактах с милицейскими коллегами все было наоборот.

* * *

– Чего прижмурился? – раздался до боли знакомый голос.

Морозов открыл глаза. Он стоял в некоем помещении, больше похожем на тюремную камеру. От этого помещения исходил еще более отвратительный запах, чем от той попоны, на которой он лежал несколько минут назад. Но самое отвратительное было то, что на нарах этой камеры, на правах хозяина в позе лотоса сидел его недавний оппонент Налыгов. Такое Морозову и в страшном сне присниться не могло.

– Ты как тут оказался? – спросил Морозов.

– Знаете, коллега, – начал говорить Налыгов, поправив очки и по-зэковски оттопырив нижнюю губу. – Я расскажу вам, как я здесь оказался. Иду я по улице, никого не трогаю. И вдруг вижу шильду, на которой написано – тюрьма. Дай, думаю, зайду… Вот так я здесь оказался.

– Ну хватит ерничать, обстановка не располагает к таким шуткам. Так как все же ты тут оказался?

– Предполагаю, что так же, как и ты, – ответил Налыгов, нарушив некие правила ведения научной полемики, обратившись на «ты» к оппоненту, который почти вдвое старше его по возрасту.

Морозову стало неловко, что он, проживший на свете более пятидесяти, растерялся в означенной ситуации и ведет себя не так уверенно, как Налыгов. Он прошел к нарам и попытался сесть.

– Стоп, – сказал на это Налыгов, – а где разрешение?

– Разрешение на что? – не понял Морозов.

– Разрешение пройти и сесть на чужие нары, ты что, первый раз в тюрьме?

– Первый, – ответил Морозов.