Властелин 4. Мы наш мы новый мир построим

Абсолютная монархия тоже восторгов не вызывала, потому что благополучие государства ставилось в зависимость от качеств государя. Хорошо, если стране повезет, как России с царем Александром. Но ведь обычно бывает не так. Обычно бывает, как у Франции с Людовиком Шестнадцатым или с нынешним королем.

Самой лучшей формой правления маркиз считал конституционную монархию, когда власть государя ограничена законами и другими органами. Вот если бы французский Парламент мог запретить Наполеону вторжение в Россию, Франция до сих пор занимала бы половину Европы и была процветающей страной.

Маркиз мог рассуждать и спорить сам с собой на тему власти беспрестанно. Он так и поступал бы, если бы не приходилось отвлекаться на текущие дела. Вот и сейчас от раздумий его отвлек лакей, доложивший о прибытии посланца короля.

Ничего хорошего Коленкур от короля не ждал и был приятно удивлен, когда посыльный объявил «высочайшую волю»: немедленно отправиться в Елисейский дворец в качестве сопровождающего генерала для русского императора.

– Как мне вас недоставало, мсье де Коленкур! – обрадовался его появлению царь.

– И я бесконечно рад видеть вас в добром здравии, ваше величество, – поклонился Коленкур. – Король назначил меня сопровождать вас, и я с удовольствием исполню это назначение.

– Прекрасно! Тогда вечером жду вас. Мы вместе отправимся на ужин к королю, а пока не могли бы вы мне помочь? Нескольким офицерам моего сопровождения не нашлось места во дворце, и я буду вам признателен, если вы сможете разместить их на постой неподалеку.

– Я с радостью приму их в своем доме, ваше величество.

Коленкур со всей ответственностью отнесся к просьбе русского императора. Он решил устроить все так, чтобы его подопечные получили незабываемые впечатления от Парижа и французов. Он составил список мест, обязательных для посещения. В этом списке были музеи, театры, увеселительные заведения и откровенно злачные места.

Офицеры в свободное от службы время (а Александр не сильно загружал их дежурными обязанностями) ринулись во все тяжкие. Все, кроме одного, девятнадцатилетнего прапорщика Никиты Муравьева.

Этот юноша поначалу не отставал от своих товарищей, но скоро ему наскучило подобное времяпрепровождение. Он предпочитал проводить вечера в обществе хозяина дома за беседой с бокалом вина.