Последний русский. Роман

Первое, что я услышал, было суетливо-слащавое восклицание самой Цили:

– Наша мамочка пришла, молочка нам принесла! – И тут же недовольно сварливо затараторила: – Ты вот гуляешь, мамочка, а я таблетки не могу найти! Куда ты их запрятала? У меня голова так кружится, так кружится. Может, скорую?..

Наталья со спокойной улыбкой взяла ее под руку и повела в комнату, приговаривая:

– Сейчас, все найдем. А голова от духоты кружится. Вы, наверное, опять полдня у плиты стояли. Нужно немедленно открыть окно, проветрить квартиру!

– Так супчик же, бульончик свежий… – хитровато оправдывалась старуха.

В углу в коридоре кучей валялись стандартная армейская роба – штаны, куртка, старые сапоги, ремень и кепка. Изумленный, я прислонился к громадному старухиному шкафу. Передо мной был Павлуша!

Мой друг-«дезертир» преспокойно жевал громадный бутерброд с вареной колбасой, расхаживая по коридору в одних трусах, длинных, черных. Это имело простое объяснение. Армейские трусы. Других и быть не могло, так как на пересыльный пункт облавщики утащили Павлушу голым и в пене.

– Ты здесь!?..

– Сереженька! – с набитым ртом закричал он, увидев меня. – Привет! А тебя тут уже по всем больницам и моргам ищут!

– Кто ищет? Тебя самого ищут! – пробормотал я, глядя на его бутерброд и рефлекторно проглатывая слюну. Я поспешил ему рассказать про засаду бритоголовых сержантов под аркой.

Павлуша беспечно махнул рукой. Он разломил бутерброд и сунул мне половину.

– Пусть ищут. Теперь хрен достанут.

– Циля опять заложит.

– Ничего, не заложит, – успокоил Павлуша. – Я ей пообещал полный морозильник битой птицы заготовить. Да еще голубиных яиц с чердака натаскать. В виде бесплатной гуманитарной помощи. Она это хорошо понимает. Не заложит…

– Циля ваша гадина, – услышал я голос Ванды, уже спешившей из кухни нам навстречу, на ходу отхлебывавшей из чашки кофе. – Заложит, как пить дать!

– И ты здесь! – удивился я.

– Привет, братик! Я-то здесь, а вот ты где был? Меня на опознание в морг тащат.

– Если тебя поймают… – снова спохватился я, обращаясь к Павлуше.

– Говорю тебе, чудак, не поймают! – усмехнулся он и беспечно засмеялся. – Плевать я хотел на их бритые бошки.

– Ладно, – сказал я со вздохом. – Давайте лучше поедим. Наталья обещала отличный ужин!

– О, Наталья! – восторженно воскликнул Павлуша.