Не смотри в глаза пророку

Александр Михайлович отклонился в глубину коридора, ближе к свету, раскрыл документ.

Филин Сергей Алексеевич, майор, Девятое управление. Так, печать, голограмма, все как полагается. И еще один, особый, знак на месте. Хотя, при современном развитии печатной технологии, подделать можно все что угодно.

Александр Михайлович вернул удостоверение майору. И пока тот засовывал его во внутренний карман, глянул на него еще раз. Сорок едва стукнуло, а волосы уже седые. Мощная челюсть, низко посаженная голова. Взгляд прямой, умный, уверенный, но не чрезмерно, не до наглости, как это часто бывает у подобных молодцев.

Безволосое запястье шириной в приклад. И плечи, как у борца. Силы, видно, хватает. «Хотя вряд ли, – с гордостью подумал Александр Михайлович – он сожмет мой эспандер больше раз, чем я».

– А это кто?

– Старший лейтенант Рябов, – сказал Филин, не оборачиваясь. – Витя, удостоверение.

Второй молча протянул из-за его спины удостоверение.

«Устали ребята, – подумал Александр Михайлович, мельком глянув в осунувшееся лицо Вити.

 – Должно быть, хватает работы».

Проверка удостоверения старшего лейтенанта Рябова Виктора Сергеевича также не выявила никаких видимых нарушений.

– По какому вопросу? – официальным тоном спросил Александр Михайлович.

– Нужны кое-какие документы из комнаты номер двадцать два, – ответил Филин.

Ответ был правильный. Человек не из системы ответил бы по-другому.

Но Александра Михайловича точил червь сомнения. На дворе практически ночь, а эти двое пожаловали на своем залепленном грязью джипе.

И сверху не звонил никто. Конечно, бывает форс-мажор. Но и для форс-мажоров имеется предписание.

– Я не получал сигнала о вашем приезде, – сказал он скрипуче.

– И не должно было быть никакого сигнала, – спокойно возразил майор Филин. – Вот прочтите.

Он достал из кармана сложенный вчетверо листок и вручил Александру Михайловичу.

Тот взял листок, развернул, отодвинулся вглубь.

«Предоставить майору Филину возможность посетить комнату номер двадцать два и изъять во временное пользование те документы, которые он посчитает нужными», – прочитал под стандартной шапкой бланка Александр Михайлович.

Внизу печать, подпись: генерал Елихин. Все чин по чину, не подкопаешься.

Однако Александр Михайлович медлил. Во-первых, такого генерала он не знал. Во-вторых, смущало время суток. Раньше не могли, что ли? Дела замотали, понятно, у всех дела. Но все-таки надо соизмерять, служба-то не детская.