Не смотри в глаза пророку

Вот с ними-то он и намеревался сегодня попить чаю. Поставив кипятиться воду, Александр Михайлович начал выкладывать сандвичи на тарелку, и в этот момент в дверь позвонили. Странно. Вечером архив никто не тревожил. А если бы кто вознамерился нанести визит, обязательно предупредил бы по телефону.

Александр Михайлович нахмурился и, забыв о сандвичах, шагнул к монитору. Увидел на экране двух мужчин.

Первый плотный, стриженный под ежик, в черной кожаной куртке спокойно смотрел на дверь, в ожидании, когда ее откроют.

Второй, повыше ростом и помоложе, стоял на шаг позади, левая рука висела вдоль бедра, правую держал в кармане. Но вряд ли он готовился выхватить пистолет. Скорее, поза у него равнодушно-выжидательная.

Александр Михайлович еще раз посмотрел на первого. Тот нетерпения не проявлял, видимо хорошо зная, что и первый звонок был отлично расслышан охранником.

Выглянув в окно, Александр Михайлович увидел приткнувшийся к бордюру джип, густо заляпанный чуть не до крыши бурым льдистым крошевом.

Очевидно, эти двое приехали на нем, а до того целый день мотались по дорогам. По своей охоте так не ездят. Сразу видно, люди при исполнении.

Александр Михайлович нажал кнопку громкой связи, не отрывая взгляда от монитора.

– Вы кто?

Первый из мужчин пригнулся к микрофону.

– Майор Филин, – негромко представился он. – Девятое управление.

Девятое – это служба охраны президента, сообразил Александр Михайлович. Этих каким ветром сюда занесло?

Впрочем, если приехали, то, надо полагать, не развлечения ради.

Парни из президентской охраны зря свой хлеб не едят, это всем известно.

– Сейчас, – сказал Александр Михайлович.

Он сунул пакет с сандвичами в стол и вышел в коридор. На секунду заколебался, подумав о том, что надо бы предварительно позвонить диспетчеру. Но затем решил, что сперва проверит удостоверения, а позвонить можно и после, и открыл маленькое окошко в двери.

– По какому вопросу? – спросил он, глядя в квадратик проема на хорошо вылепленное лицо майора.

– По служебному, отец, – усмехнулся тот.

Но усмехнулся необидно. Видно было, что устал за день, как собака, и кто знает, не придется ли ему колесить еще и всю ночь?

Александр Михайлович почувствовал расположение к майору. Сам служил, знает, что такое сутки на ногах.

– Ваше удостоверение, – потребовал он, стараясь, чтобы его голос звучал не слишком грубо.

Майор просунул в окошко удостоверение.