Истинная история царевны-лягушки

15

Но ещё на подходе к посту охраны стало понятно, что и здесь не всё в порядке. Из-за двери слышался срывающийся на визг голос нашего техника.

– Как? Как, я вас спрашиваю? Двадцать лет работало и не ломалось!!! Ка-а-ак? – в ответ послышалось неразборчивое бормотание. – Что ты городишь? Отвечай, ламер хакнутый, каким образом?

Степан отворил дверь. Распекающий, да что там распекающий… Готовый поубивать двоих детинушек в косоворотках охраны, Кулиб попеременно то тыкал в клавиатуру, пытаясь оживить показывающие снег мониторы, то залезал под стол, то вздымал кулаки к небесам и направлял свой сверкающий взор на стражей.

– Здесь-то что стряслось? – раздражённо спросил старший. Кулиб чуть не плача бросился к нему на шею.

– Эти олухи всё угробили! Мало того, что сожгли пульт управления системы наблюдения, так они ж ещё и все записи стёрли! И бормочут что-то непотребное! Уж насколько я защиту от дурака наладил! Но на таких дураков даже я не рассчитывал!!!

– Дык это ж… Указания… В точности… – бормотал стоявший рядом с напарником здоровенный рыжий детинушка.

– Я тебя сейчас на двоичный код порву! – Кулиб отвесил ему звонкую оплеуху.

– Подожди, – я положил руку на плечо технику и повернулся к охранникам. – Какие указания? От кого? Давайте поподробнее.

– Ну, это самое… – замялся рыжий. – Сидим мы значит, дежурим с Антохой… И тут на экране надпись: «Вас приветствует системный администратор. Возможно, ваш компьютер подвергся хакерской атаке. Во избежание заражения и потери ценных данных следуйте дальнейшим инструкциям».

– Идиоты!!! – заорал Кулиб и стал биться головой о клавиатуру.

Пока успокоили техника, прошло добрых полчаса. Потом пошли проведать Тишку. Он уже спокойно стоял в своём стойле и флегматично жевал сено. Будто ничего не произошло. Впрочем, дворня никаких следов воздействия на него и не обнаружила. Степан сам взялся за дело. Постоял рядом, похлопал бычка по боку, зачем-то заглянул в уши, почесал макушку и сел рядом на тюк сена.

– Что ж с тобой стряслось, Тиша? От чего ты так взъярился?

Бычок положил голову к нему на колени и тяжело вздохнул.

– Что-то не замечал за ним раньше проявлений нежности, – удивился я.

– Он только наедине со мной себе такое позволяет, – Степан, казалось, сам готов был пустить слезу. – Я ж для него почти как папка. Маленьким телёнком взял, вырастил, воспитал. Он же не из наших.