Андеграунд, или Все романтики попадают в..

Там на красном фоне большими белыми цифрами было изображено число 2007, и под ним какие-то цифры помельче, – Ты же говорил, что здесь нет летоисчисления.

– Это не год. Это твой порядковый номер, а ниже твоя группа крови, на всякий случай. Кстати, можно задать тебе один бестактный вопрос? – с любопытством спросил Князь.

– Гм, попробуй. Только не наглей.

– Скажи, Иван, а почему ты не носишь нижнего белья? – мне показалось, что Великан даже несколько засмущался, задавая этот действительно бестактный вопрос, и даже голос его стал немного тише обычного.

– Княяязь! – с показным возмущением протянул я, – Никогда еще ни один мужчина не задавал мне подобного вопроса. Ты часом не гей?

Щеки Великана вспыхнули неожиданным румянцем, то ли от негодования, то ли от стыда, и он слегка наклонил вперед голову, скрывая от меня полями шляпы свои глаза. Мне бы очень не хотелось, чтобы Князь оказался, мягко говоря, представителем секс-меньшинств, но определенные сомнения на этот счет у меня появились.

– Я не ношу, как ты выразился, нижнего белья, Князь, по двум причинам. Во-первых, это несколько ускоряет процессы одевания и раздевания, что иногда бывает очень полезным. А во-вторых, это просто мой стиль.

– А ты не боишься прищемить себе что-нибудь молнией от ширинки? – Великан поднял голову, и в его глазах я не увидел ничего кроме иронии и веселья, румянец со щек пропал.

– Понимаешь ли, Князь, опасность мое второе имя.

– Вот это действительно мило, – усмехнулся Великан.

Я докурил сигарету, встал со стула, подошел к тумбе, сделал несколько глотков вина и обратился к Князю:

– Ну, если у тебя больше нет ко мне никаких вопросов, то я начинаю путь. Пожелай мне удачи.

– Ни смолы, ни ртути! – прокричал Князь. – Но прежде, чем ты отправишься, есть еще кое-что.

– Моего слова будет достаточно?

– Твоего – да.

– Хорошо. Обещаю. А что во-вторых?

– У тебя будет проводник. Это необходимо. Вот, выбирай!

Великан протянул вперед руки, и я обомлел. В одной руке он держал улитку, в другой маленькую черепашку. Это был уже перебор.