Андеграунд, или Все романтики попадают в..

Посреди подноса стояла огромная кружка с крышкой. И тут я почувствовал, что реально хочу жрать. Причем чувство голода стало вдруг таким обширным и нестерпимым, что я зайцем метнулся к импровизированному столу, варварски оторвал куриный окорочок и жадно впился в него зубами. Я стал так быстро его обгладывать, что даже Князь не выдержал.

– Не торопись! Подавишься, – прокричал он с улыбкой на устах.

Я немного сбавил обороты, оторвался от куриной ляжки, взял в одну руку картофелину, в другую помидор и стал с удовольствием их по очереди надкусывать.

– Пиво?

– Нет, вино. Бургундское.

– Тоже неплохо, – я откинул крышку и принялся жадно пить, ибо также внезапно почувствовал чудовищную жажду.

Второй окорочок я съел уже не спеша, попеременно прикладываясь, то к картошке, то к овощам, то к вину. Наконец, пресытившись, я уселся на фиолетовый стул и хотел было достать сигаретную пачку, но, вспомнив, что сигарета осталась одна, решил оставить ее на более исключительный случай.

– Послушай, Князь, – вкрадчиво произнес я, – раз уж в вашем мире так все необычно кроме, разумеется, тройного одеколона, то нельзя ли мне как миссионеру попросить о маленьком чудесном одолжении?

– Гм, ну, попробуй, – хмыкнул Великан, – только не наглей!

– Ни в коем случае! Очень скромное желание! Нельзя ли сделать так, чтобы сигареты в моей пачке и бензин в моей зажигалке никогда не заканчивались? Хотя бы на то время, пока я выполняю эту важную миссию.

– И всё? Ерунда какая! Считай, что уже сделано, – Князь, похоже, облегченно выдохнул, а я, похоже, поторопился и заказал не то желание. Надо было просить мотоцикл с вечным двигателем. Я не спеша вытащил из кармана сигаретную пачку – она оказалась запечатанной. Я и бровью не повел – невозмутимо распечатал пачку, достал сигарету, убрал пачку обратно во внутренний карман и с наслаждением закурил, небрежно сказав Князю:

– Извини, что не предложил тебе сигаретку, но, думаю, у тебя свои есть.

– Не курю, – гордо произнес Великан, подошел ко мне и прилепил на правый рукав моей куртки в области предплечья какую-то наклейку, – Не отрывай ее, Иван. Так надо.

– Это что, пластырь «никоретте»? – усмехнулся я и взглянул на наклейку.