Однокла$$ники играли в убийство

– Один командир корабля, пилот первого класса, – Распорядитель обвел всех взглядом, – проходя по салону самолета, походя пошутил: «Ну, что, смертнички, собрались?» И странно, почему-то никто его шутки не принял. Были и такие, которые потом нажаловались… Как будто он был должен дать им стопроцентную гарантию возвращения на землю. Кого мы убиваем следующего – капитана? Кто – «за»? Так… Эдуард, Ирина… Анюта. Три голоса. Уже все ясно… Но – закончим круг, чтобы окончательно определиться в наших симпатиях. Это не менее занятно.

Кончаем Анюту. Кто «за»? Нет таковых, как говорят в парламенте. Женщин действительно щадят. И совершенно опрометчиво. И последняя – Ириша… Понял вас, Мария, ваш голос учтен. А всех остальных прошу учесть ее слух… Итак, Шевчук. Можете сидеть. Прошу принять соболезнование по поводу вашей казни. Это грустно.

– Интересно, что бы подумал человек, который бы подслушивал нас? – задумчиво произнес Захар Наумович.

– Слава богу, здесь нас никто не услышит… – отозвалась Маша.

– Игра подходит к концу.

Последняя ночь! Мафия открывает глаза. Так… Наступает день. Карта у нашей очаровательной Марии.

– Эдуард, я знаю, это она, это Ира. Давайте против нее голосовать, – вдруг зачастила Анюта. Она заметно порозовела, видно, что игра захватила ее. Она забыла о своем папочке, который равнодушно наблюдал спектакль и незаметно нюхал какую-то дрянь.

– Погодите, Аня, – усмехнулся Распорядитель. – Вы хотите установить союз с одним мафиози против другого? Это немыслимо, игра закончена, и, увы, она подтвердила старую истину: мафия бессмертна.

Уважаемые Эдуард и Ирина, действовали вы почти безупречно. У вас, Эдуард, была пара неплохих логических вывертов, хотя, конечно, построенных на чистейшей демагогии. Я понимаю, это профессиональное.

Мигульский сдержанно кивнул на подпорченный комплимент, Ирина же расцвела. И тут все разом заговорили, загалдели, словно желая тут же подтвердить истинность мысли: все мы крепки задним умом.

– Друзья, – вновь заговорил Распорядитель.

В голосе его почувствовалось что-то заговорщицкое. – Я хочу представить вам моих помощников.

Внезапно двери отворились, на пороге появился высокий человек в красном костюме и с огромной серебристой бабочкой под горлом. Круговым движением руки он поправил остатки черных волос вокруг лысины и щелкнул каблуками. В другой руке он держал серебряный поднос.

– Это Кент, – представил Распорядитель. – Он профессиональный артист. Ему не очень везло в карьере.