Русский город Севастополь

Да не абы каким, желудёвым – настоящим, турецким!

– Извините, но пока уловил только запах навоза, – усмехнулся Павел.

Вдруг улица превратилась в настоящий восточный базар. Справа и слева шли сплошные торговые лавки. Под навесами, подпираемыми деревянными столбами, сидели продавцы в расшитых халатах, куртки в бисере, широченные шаровары, овчинные шапки. На широких прилавках, а порой, прямо на земле перед ними лежал товар. Меж столбов протянуты верёвочки, на которых висели кожаные кисеты с теснением, кошельки, ремешки с красивыми пряжками, остроносые сапоги из кожи хорошей выделки, бурки, овчинные жилеты, круглые шапки из каракуля.

– Яблоки какие огромные! – удивлялся Жернов. – А это что за синие груши? Или это чеснок?

– Инжир, – смеялся над ним Павел. – А вон те краснобокие – персики.

– Погляди-ка, сыру сколько! Белый, словно сахар. Ох! Орехов – целые мешки! – не мог сдержать восторга поручик. – А вон тот солью торгует и пряностями.

Кареты остановились на небольшой площади, напротив табачной лавки, где на низком столике лежали в ряд трубки большие и маленькие, простые пеньковые и дорогие из чёрного дерева, отделанные слоновой костью, украшенные серебром, с цепочками. Тут же мешочки с табаком различных сортов. Из передней кареты вылез Тотлебен, выругался, наступив в ослиный навоз.

– Откуда у них тут грязь? Кругом грязь! – негодовал он.

Подошёл к торговцу. Тот вскочил на ноги, завидев богатого клиента.

Павел и Жернов подошли следом за подполковником.

– Эдуард Иванович, решили трубку прикупить? – поинтересовался поручик.

– Старую сломал под Силистрией, будь она неладна. Новую надобно.

– Бери! Бери, генераль, – показывал торговец великолепные турецкие трубочки, все в чеканке и цепочках.

– Да на кой ляд мне эти цацки, – недовольно отверг его предложение Тотлебен.

– Бери, бери, генераль! – все приговаривал торговец.

– Что, бери? Сколько стоит?

Торговец показал пятерню и заговорил быстро, расхваливая товар.

– Вот же басурман! Что лопочет – черт разберёт. Пять чего? Копеек?

– Эдуард Иванович, этот хитрец просит пять рублей серебром, – объяснил Павел. – Говорит: трубка из Алжира, дорогая.