Плодотворное завещание. Пятикратная… свадьба

 – А тебе, Ксюха, я припомню все твои издевательства! Ты у меня ещё пожалеешь, что родилась!

– Хотелось бы напомнить, – робко возразил интеллигент Володя, – что Оксана не только родилась, но и родила. Неужели ты будешь бороться с кормящей матерью?!

– Пока кормящая – не буду. Зато потом …!!

– Она так перепугалась, – рассмеялся Федя, – что будет кормить грудью до пенсии… До леночкиной пенсии!

На другой день «заинтересованные лица» собрались в назначенное время в назначенном месте. Нотариус начал читать завещание Павла Петровича Пичугина:

– «Завещаю моей горячо и нежно любимой женщине Травкиной Дарье Марковне деньги … (последовала выразительная пауза, во время которой „горячо и нежно любимая женщина“ окинула всех торжествующим взглядом) … на самолёт до Мурманска.

Тут с Дашей случилась вполне прогнозируемая истерика. Нотариус дал истеричке заранее заготовленное успокоительное. Блондинка с трудом успокоилась и нетвёрдой походкой направилась к двери. Нотариус продолжил:

– " … Что же касается прочих наследников, то не хочу быть оригинальным и поступлю как в посредственном сериале (услышав это «волшебное» слово, собиравшаяся хлопнуть дверью Даша замерла, как любопытная жена библейского Лота), носящем столь дорогое для меня имя «Маруся»! Объявляю единственным наследником того из моих двух внуков, кто первым произведёт на свет младенца мужского пола с обязательной экспертизой на отцовство…»

– Оригинальное проявление неоригинальности! – заметила Ирина Степановна.

Даша тихо закрыла дверь с другой стороны, причём настолько тихо, что это заметила Оксана.

– Ты смотри-ка! – так же тихо сказала она мужу. – Явно ведь хотела дверью шарахнуть, а не шарахнула.

– Вот это и плохо! – проговорил самому себе (но не про себя) Федя.

Когда визитёры покинули контору, Оксана спросила:

– А что плохого в том, что эта дура не бабахнула дверью?

– Это значит, – пояснил Фёдор, – она уяснила завещание и задумалась, … возможно, впервые в жизни!

Володя рассмеялся:

– А ты не любишь задумавшихся женщин!

– Зато ты любишь! – рассердился старший брат.

– Успокойся! Одно задумывание ещё не делает для меня из дуры умную. Давай, вернёмся к нотариусу и заверим у него справку, что я обещаю не размножать женщин с низким «Ай кью».

– Даже, если на кону наследство деда?

– Ты же знаешь, что мои потребности более, чем скромные.