Милицейская сага

Поносно-жёлтого цвета дверь распахнулась. – Слава тебе Господи, добрались-таки. А мы уж хотели за другой партией мужиков посылать, – Нонна была пьяна. И, как всегда, пьяная, бесстыдна. – Ба, и Аркашенька здесь. Что ж давно не захаживал? Я ведь всегда. Ну, ты понял?

– Понял, – невозмутимо подтвердил Чекин и прошел мимо нее в приемную, даже не обернувшись на возню, поднявшуся за его спиной: Ханя шел на Нонну приступом.

В кабинете экспертов за уставленным закусками столом сидела в обнимку с гитарой молодая раскрасневшаяся женщина с красивым русским лицом – судмедэксперт Валентина Каткова.

К столу подкатили каталку для перевозки трупов. Накрытая свежей простыней, она служила сервировочным столиком.

– П-пусто, – Чугунов рысьим взором прошелся по столам. – Совсем ничего не осталось.

– Чтоб меня без спиртного встретили! – Ханя сноровисто залез в шкаф с хирургическим инструментом и выудил оттуда не много-не мало – три бутылки спирта.

– Вот стервец! Ты б так кражи раскрывал, – Нонна от души хлопнула Ханю по заду.

 – Ладно, следопуты! Давайте за стол и – надо эту бодягу кончать к чертовой матери!

– Кончать, чтобы начать к-кончать! – скаламбурил Чугунов и, единственный, смутился.

Через час стол «развалился».

Ханя потащил в санузел затеявшую блевать Нонну. Быстро опьяневший Чекин невнимательно улыбался вяловатым Чугуновским анекдотам. Андрей, сидевший на диване с Валентиной, коснулся губами ее локона. Она рассеянно улыбнулась. – Господи! Как хорошо.

Так бы сидела и – ничего не надо.

Будто что-то расслышав в нем, встрепенулась:

– Не думай. Все будет хорошо. Вот увидишь – тебя назначат.

Андрей заметил глумливую ухмылку Чугунова, поднялся. – Покурить хочу на воздухе.

На крыльце он перегнулся через перила, потряхивая шумящей от выпитого головой. Услышал легкие шаги. Повернувшись, поймал разгоряченную выпитым Валюху.

– Простил? – заглядывая в глаза, с показным смирением прошептала она.

– За что?!

– За него.

– Полно.

Это я перед тобой кругом виноват, – Андрей осторожно провел пальцем по тронутому оспинками лицу, обводя следы побоев.

– Господи! – Валентина жадно вдохнула острый запах увядающей зелени. – Как же на самом деле немного надо, чтоб быть счастливой! Знаешь, что я подметила? Люди не умеют быть счастливыми. Они никогда не счастливы в настоящем времени. Всегда – в прошлом. Вот живет, суетится, бьется с кем-то или за что-то. Жалеет нескладную свою судьбу.