Полутона

 – Он достает свою потрепанную записную книжку из кармана, открывает и начинает писать. – Но это забавная идея. Мне нравятся такие примечания.

– Что ты делаешь с этими заметками? – сказав, вдруг понимаю, что это первый вопрос о нем самом, который я ему задаю. Но вопрос, который я на самом деле хочу задать, звучал бы так: «Как мама от тебя забеременела?»

Но боюсь, ему не понравится, что я спрашиваю. А мне, боюсь, не понравится ответ.

– Обычно ничего, – говорит он, чиркая на странице. – Но порой из этого получается песня.

И затем его телефон звонит, и я слушаю еще один односторонний разговор с Генри.

– Мы ведь затем и платим журналистке Беки, чтобы она придумывала подобную чушь? – спрашивает его мой отец. – Просто выберите что-нибудь вдвоем, мне плевать, что это будет. Расстройство желудка. Проблемы с наркотиками. Скажите, что меня похитили инопланетяне. А теперь я кладу трубку.

Он завершает звонок, но его руки сжаты в кулаки на протяжении всего пути до ресторана.

* * *

Сегодня тайская еда.

Я сижу за столиком на веранде еще одного ресторана, пытаясь не ерзать. Фредерик напротив меня, и я до сих пор думаю, не мираж ли он. Это наша третья встреча. Дальше возможны два варианта развития событий: однажды мне будет казаться совершенно привычным войти в комнату и увидеть там Фредерика. Или, что более вероятно, он снова исчезнет.

Через десять лет, когда кто-то спросит меня о моем отце, я, может, отвечу: «Я видела его трижды, когда мне было семнадцать. Мы ели пад тай[3 - Блюдо тайской кухни из обжаренной рисовой лапши.

] за столиком перед полем для гольфа, и я не нашла в себе смелости спросить, как меня зачали».

Фредерик выбрал более нейтральную тему для беседы.

– Какие занятия ты хочешь посещать в Клэйборне?

– Ну… – Не думала об этом несколько недель. – Курс английского мне кажется классным. Еще есть русская литература. Полагаю, продолжу изучать испанский как обязательный второй язык. – «И музыка». Но я не готова говорить о ней.

Забавно, потому что я всегда представляла, что если встречу отца, то мы не будем говорить ни о чем, кроме музыки.

В моих фантазиях он был рад узнать, что у нас столько общего. Он был расстроен, что потерял так много времени.

Теперь? Музыка – последнее, что я хочу рассказывать о себе. Если скажу, что одну из его любимых песен – You Can’t Always Get What You Want группы The Rolling Stones – исполняла в начальной школе с хором в гармонии на четыре голоса, он точно поймет, как сильно я его обожествляю.