Одна душа на двоих

Неожиданно рядом с Шенне появилась и Альма, тоже не поднимая шума пробравшаяся к ее бревну – с изумительно бледным лицом и покрасневшими от слез глазами. Корлик встретил жену презрительным исподлобья взглядом, который та, однако, даже не заметила.

– Скажи нам, Альма, – не преминул воспользоваться ее появлением Муган, – не известно ли тебе, откуда у Талика дар – серп фиолетовый?

– А мне откуда знать? – дерзко ответила мать. – Вот у других он есть? Вы проверяли?! Нет? К чему тогда вопросы эти, Яр?

– Старейшины! – повелительно вмешался Яр Багур.

– При всех? – усомнился Муган.

– Да, так нам всем полезней будет, – остался тверд Яр Багур, имевший в Совете особые полномочия по части ведения судебных дел.

Альма уселась между супругом и Шенне и, не спрашивая у той разрешения, схватила ее за руку и крепко обеими ладонями ее сжала. Ладони женщины тряслись, а слезы были готовы вновь оросить ее все еще прекрасное лицо. В первый миг Шенне захотелось резко отдернуть руку, так свежа еще была та рана, но, завидев переживания Альмы о судьбе Талика, девушка быстро смягчилась.

– Общине нанесен огромный вред, – медленно, но твердо заявил Яр Муган. – А по уставу смерть должна караться смертью.

– Остались беззащитны мы! Все верно, – сразу поддержал его Намхай.

– Ну, яры! – взяла слово следующая по кругу Яра Аржана. – Хоть потеря велика, нельзя сказать, что умысел был в этом. Хочу сказать, не надо наказанье делать строгим.

– Наказывать за смерть вообще нельзя! – настала очередь старейшины Янзул. – Гахтаг был взрослым воином и вел сей праздник. Лишь он в ответе был за раны и увечья, что получились здесь.

– Янзул права, – продолжил Яр Сахир, – но если б не скрывал он дар сей… и смерти б этой не произошло. Его вина лишь в этом!

– Но таковы уж мы, что неспособны предсказать последствий столь неявных действий, – высказался следующий старейшина. – Тем более он юн.

– То умолчанье обернулось смертью, – нехотя приняла свою очередь Яра Нордан, возрастом и авторитетом лишь немного уступавшая Минжуру.

Следующим было слово Яра Минжура, но тот все медлил. Мялся с ноги на ногу, то было открывал рот, но, видимо, сомневаясь в верности совета, замолкал.