Одна душа на двоих

– Так, значит, ты, – продолжал расспрос Багур, – планировал раскрыть его сегодня?

– Конечно, так и сделал я.

– Но для чего в учебном том бою?

– Мне показалось, – как бы с сожалением вздохнул Талик, – то удобный случай открыть его. Все близилось к концу, но дар мой так раскрыт и не был.

– И ты не побоялся, – встрял в допрос вездесущий Муган, – Гахтагу Яру навредить?!

– Я не боялся, и на то были причины, – деловито, совсем не по-юношески говорил Талик. – Во-первых, в том бою Аржана с чужаком… он от серпа смог уклониться дважды, тогда как расстояние меж ними… было намного меньше, чем сейчас.

– Аржан?! – грозно окликнул воина Багур.

– Да, так и было, – сглотнув, сумел-таки выдавить воин.

– Понятно, продолжай, Талик, – довольный очередным разоблачением, ехидно расцвел Муган.

– Я был уверен, что защитник первый… в бою будет не хуже, чем второй, – закончил юноша первую мысль. – И, во-вторых, я упредил сегодня Яра, что победить могу лишь при условии – небрежности его. Будь он во все глаза, мой серп не навредил ему бы!

– А Яр Гахтаг, выходит, вновь небрежен был? – снова возник Муган.

– Все так и есть, – без сомнений подтвердил Талик. – Когда призвал я серп, Яр отвернулся. Тогда ошибся я, – добавил он, – неверно предсказав его решенье – не навострился он, лишь бдительность ослабил.

Яр Багур встал.

– Так, дети, – обернулся он сначала влево, затем вправо, – есть кому добавить? Все верно было сказано сейчас? Шенне? – среагировал он на поднятую руку.

– Хочу добавить лишь, что Яра… Талик не поучал совсем, – смело произнесла она.

– И это все?

– Да, это все.

– Постой, Шенне! – все не успокаивался Яр Муган. – А ты свои дары ведь тоже знала раньше?

Девушка в отчаянии посмотрела на Талика, заготовленного ответа на этот вопрос у нее не было. Юноша несколько раз осторожно кивнул – иначе отвечать было нельзя, ведь Хагал уже знал правду.

– Да, так, – виновато ответила она.

– И как давно?

– Пять лун назад, – вновь подсказал ей пальцами Талик.

– А как условия призыва? Как узнала? – словно клещ, впился в нее Муган.

– Дед рассказал, – самостоятельно сориентировалась она.

Дрожь в ее груди понемногу успокаивалась, а с ней восстанавливалась и ясность рассудка.

– Понятно. А зачем спешила?

– Мне быть уверенной хотелось, что буду я с Таликом в ремесле одном.