Темный исток

Перестав хлопать крыльями и верещать, они вдруг рассредоточились по коридору и принялись за пирушку.

Все это великолепие провоцировало рвотные позывы, но я их подавил. Крепче прижав к груди сферу-робота, я выскочил на узкий кусок ледяной скалы и носом уперся прямо в дуло турели.

Подоспела Диана.

– Ты чего застыл?

Я указал на мертвого солдата, скорчившегося над пультом управления. Три якуна устроились на его плечах и со смаком отрывали увесистые куски плоти. Силовое поле, что окружало турель непроницаемым барьером, не выдержало атаки стаи звероптиц.

– В жизни больше к мясу не прикоснусь, – пробормотал я.

– Ну что? Бежим к кораблю? – спросила Диана.

Я хотел согласиться, но помедлил. Что-то удерживало меня на месте. И это не страх бросать брата наедине с жутким убийцей из серых стражей. Идея. Меня осенила идея! Снова посмотрев на турель, я подумал, не повредило ли короткое замыкание генератора щита само орудие?

– Риши, что ты задумал?

Я не ответил, только передал лакея хозяйке и спихнул мертвого солдата с сиденья.

К счастью, механизм оказался не поврежден. Как только дисплей загорелся готовностью, я развернул ствол турели к проделанной Мекетом дыре. Я вовсе не был уверен, что это поможет брату выбраться живым и невредимым, но ничего лучше придумать не смог. Я надеялся, что возможность отыщется сама.

В темноте Цитадели только белесое свечение оружия Аргуса и было заметным.

– Ты не можешь стрелять, – заявила Диана, разгадав мою тактику. Она остановилась чуть позади и, подняв забрало шлема, выдыхала облачка пара. – В таком тесном пространстве ты убьешь их обоих.

– Нет, – возразил я, нервно поглаживая гашетку – никогда прежде не стрелял из подобной штуки. – Только одного. Да и то, если получится.

– Каким, интересно, образом?

– Понятия не имею.

Диана громко фыркнула, а я попытался сосредоточиться на неистовом поединке, в котором отчаянно бился мой брат. Пришлось очистить мысли от бесполезных страхов за жизнь Мекета. Обтянутые перчатками пальцы легли на кнопки управления огнем. Я погрузился в подобие транса. Сознание как будто слилось с происходящем.