Испорченная корона

«Дорогая Роуэн,

Неужели возможно так сильно скучать по человеку, с которым знаком всего пару недель? Я постоянно оглядываюсь, ожидая увидеть тебя и твою озорную улыбку, услышать всегда готовую сорваться с губ неуместную шутку, а потом вспоминаю, что произошло.

Мы с Иро делаем все, что только можно, чтобы выручить тебя, но, если ничего не выйдет, обещаю послать весть твоему отцу. Так или иначе, я не перестану бороться, пока не верну тебя в свои объятия.

С любовью,

Тео».

Все эти недели я изо всех сил старалась не думать обо всем, что произошло на Высшем Совете, но сейчас эти мысли нахлынули на меня.

Воспоминания о том, как мы с Тео прятались в палатке во время грозы, как он нехотя улыбался, когда сердился. Как обнимал меня, и казалось, что я в безопасности, благодаря одной только силе его воли.

Я прочитала письмо еще несколько раз, а потом достала из ящика стола перо и пергамент, чтобы сочинить ответ. Я подробно описала Давину, что случилось на Высшем Совете, и уверила его, что со мной все нормально.

Затем я принялась писать ответ Тео и постаралась добавить пару небольших абзацев, которые заставят любого, кому придется читать эти письма, почувствовать себя ужасно неловко. Надеюсь, это будет Тарас.

Глава 21

Прошла еще неделя, и мне пришло письмо от Милы, но вестей о том, удастся ли мне вообще выбраться от Медведей, не было. Эвандера я не видела вовсе, кроме тех двух раз в коридоре, а у стражников информации для меня не находилось.

Так что я решила сама сходить к этому высокородному сукину сыну.

В чертоге царила тишина и жутковатый покой, на стенах коридора плясали бледные лучи лунного света. Сегодня двери сторожил Юрий, и мой план вызвал у него подозрения.

– Я только хочу кое-что у него спросить, – сказала я.

Юный стражник колебался, оглядывая меня с ног до головы, словно пытаясь решить, представляю ли я угрозу. Я приняла как можно более безобидный вид, что не составило труда при моем росте в полтора метра.

Это явно сработало, потому что он неохотно кивнул.

Я поспешила к покоям Эвандера и легонько постучала в тяжелую дверь. Он резко открыл ее, и я оказалась лицом к лицу, то есть лицом к груди… его голой груди. На нем не было ничего, кроме пары тонких на вид черно-белых клетчатых штанов и такой же рубашки с длинными рукавами, которую он не потрудился застегнуть.

Я вдруг невольно вспомнила, как проснулась, уткнувшись ему в грудь.