Запретная любовь

Но ее раннее стремление к эмансипации неизбежно вступало в противоречие с древними традициями, которым должна была подчиняться каждая девушка ее возраста только потому, что она родилась и жила в маленьком провинциальном городке на юге Италии.

Эти бунтарские настроения все чаще приводили ее к конфликтам со всеми членами семьи, особенно с женщинами, такими как тетя Титина, которая, вместо того чтобы поддержать ее в трудной борьбе, только и делала, что критиковала ее при каждом удобном случае.

Для многочисленных родственников Грациано эта девушка была настоящей занозой в их боку, классической «черной овцой», не только из-за ее безумной любовной связи с членом семьи Фуско, но и из-за того, что она носила макияж и одежду, которая, по их словам, была слишком вульгарной и скупой, что заставляло ее выглядеть намного старше своих лет.

Но сильный характер Росселлы не позволял ей делать шаги назад или соглашаться на компромиссы; она горячо хотела сохранить свою мечту о беззаботной юности, не подвергаясь запретам и устаревшим ограничениям.

Несмотря на редкие вспышки гнева, отца Скарлетт нельзя было назвать грубым или жестоким человеком. На самом деле, за шестнадцать лет жизни дочери он ни разу не ударил ее, даже небольшой пощечиной. В отличие от своего брата Жени, она пользовалась своего рода иммунитетом, так как считалась «любимицей семьи».

Со временем она научилась не отвечать на обвинения и истерики отца, и только когда чувствовала себя усталой и униженной, реагировала тихим плачем.

Антонио очень любил «свою маленькую девочку», как он ее называл, и после каждой ссоры, из-за чувства вины, которое его мучило, он шел и покупал ей маленький подарок.

Его жена Мария очень критично относилась к его непостоянному поведению и обвиняла его в том, что он не знает, как дать настоящее образование своим двум детям.

«Ты слишком ее балуешь!!! Если вы позволите ей потакать всем своим прихотям, эта маленькая девочка никогда не встанет на ноги и будет продолжать позорить всех нас», – повторяла она ему каждый раз.

Шли недели, ссоры между отцом и дочерью становились все более частыми, и, неизбежно, со временем доверие между ними также разрушилось безвозвратно.