Восстание королевы

Несколько мэванских лордов распахивали двери своих замков для валенийцев по случаю охоты на белого оленя. Отцу там нравилось, он рассказывал, что у них хорошие эль и еда, потрясающие истории и развлечения, но, конечно, никогда не брал меня с собой. Говорил, что этот край слишком опасен для валенийской девушки вроде меня.

Сибилла хмыкнула и, расстегнув высокий воротник, потерла шею:

– Разве не все отцы говорят это, чтобы удержать дочерей «в безопасности» родного дома?

– Ты же знаешь, что говорят о мэванских мужчинах, – вздохнула я, с печалью цитируя дедушку.

– Что? – быстро переспросила Сибилла с искрами любопытства в ореховых глазах. Я вспомнила, что послание для нее лежало в кармане моего промокшего ученического платья. Я сбросила его в комнате и оставила на полу. Бедное письмо, наверное, промокло насквозь, и чернила расплылись.

– Их речи как мед, они опытные и неверные любовники, – проговорила я, подражая скрипучему голосу деда.

Сибилла расхохоталась: она знала о мужчинах больше нашего.

– Хватит болтать, – игриво оборвала нас Ориана, наставив на меня карандаш. – Если какая-нибудь госпожа, проходя мимо, услышит нас, свою последнюю неделю ты проведешь на кухне, Бриенна.

– Они просто обязаны быть опытными, эти неверные любовники, чтобы завоевывать подобных женщин! – продолжила Сибилла, указывая на портрет королевы. – Святые угодники, что случилось с Мэваной? Почему на ее троне теперь король?

Мы с Цири переглянулись: обе изучали это пару лет назад.

– Тебе стоит спросить об этом господина Картье, – наконец ответила Цири, пожав плечами. – Он знает историю всех королевств, что были под солнцем.

– Экий труд, – простонала Абри.

Взгляд Цири стал пронзительным.

– Ты же помнишь, Абри, что мы с Бриенной будем госпожами Науки?

Она снова обиделась.

Абри поняла свою ошибку.

– Прости, Цири.

Цири фыркнула. Она не успокоилась, но, к счастью, решила сменить тему и снова посмотрела на меня.

– Хочешь увидеться с отцом, Бри? – спросила Сибилла.

– Нет, не думаю, – честно ответила я. Забавно, что в день, когда я поклялась о нем больше не спрашивать, меня одели как мэванскую королеву.

– Это очень грустно, – вздохнула Абри.

Конечно, это печалило ее, как и всех моих сестер.