Херувим

– Но после хирургических операций всем дают обезболивающие, и далеко не каждый становится наркоманом. Или у вас есть какие-то особые причины? Вы уже попадали в наркотическую зависимость?

– Бог миловал.

– Тогда почему? Ведь вам очень больно.

– Я лучше потерплю.

– Боль не мешает вам спать?

– Я уже сказал, что сплю отлично.

– Вы помните, как попали сюда?

– Смутно.

– Можете хоть что-то рассказать?

– Лампы. Длинные лампы на потолке. Меня везли на каталке из операционной, и я думал, это был тот самый туннель, который описывают люди, пережившие клиническую смерть.

– А до этого?

– До этого была операция. Гениальный доктор Гамлет Рубенович Аванесов спасал мои ноги. Интракортикальная трансплантация.

– Замечательно, – кивнул психолог, – я вижу, с памятью у вас все в порядке. Давайте попробуем вместе восстановить ход событий, с самого начала. Ваше имя, фамилия, год и место рождения, звание?

– Логинов Сергей Александрович, родился в Москве, пятого января тысяча девятьсот шестьдесят четвертого года.

– Немного конкретней, пожалуйста.

– ГРУ, – тихо рявкнул Сергей.

– Хорошо. Где воевали?

– Афганистан, Таджикистан, Чечня.

В палате повисла тишина. Стало слышно, как за окном шепчется мокрая хвоя и стучит мелкий ледяной дождь по карнизу, кажется, первый дождь после зимы.

– Значит, это вы помните, – откашлявшись, проговорил наконец посетитель, – в таком случае должны помнить все остальное.

– А я был в плену у боевиков?

– Нет. Вы отдыхали на Канарах в пятизвездочном отеле. – Опять последовала пауза.

Сергей успел заметить, что его собеседник – большой любитель многозначительных долгих пауз. С такими людьми беседовать неприятно, все время кажется, они подозревают тебя во вранье или пытаются получить от тебя что-то, чего ты дать не можешь и не хочешь. Тишина длилась минут пять, не меньше.

– Ваш отряд был заброшен в район села Ассалах. Вы должны были захватить командира боевиков Исмаилова, но угодили в ловушку. Расскажите подробно, как это произошло.

– Послушайте, ведь вы представились психологом, вам надо меня психологически реабилитировать, а не допрашивать, – заметил Сергей, – операция была засекречена, мы с вами из разных ведомств.