Прибрежник

 – Он ударил кулаком по столу, повел налитым кровью глазом в сторону пробирающегося на цыпочках адъютанта с чернильным прибором в руках и проревел: – Распустились, собачьи души! Сгною!

Рикат молчал. Его подобрали под стенами кабачка «Пристанище» и срочно доставили в полицейский участок, где вызванный врач констатировал тяжелое алкогольное опьянение. Не будь в стране военного положения, и не перехвати Баррауза из-под носа городской полиции пожертвования монастыря Святой Луизы на особо неимущих, никто бы не обратил внимания на пьяного офицера-прибрежника.

С кем не бывает? Но пить в то время как полиция с ног сбивается в поисках государственных преступников и шпионов Империи? Прибрежника сунули в свободную камеру, о чем немедленно поставили в известность начальника управления. Патруль прибыл быстро.

– Ты запятнал честь мундира!

Лунообразное лицо начальника расплывалось перед глазами Риката, лейтенанту мучительно хотелось сесть.

– В чем дело? – прозвучал за спиной вкрадчивый голос.

Даже не оборачиваясь, Нэти знал, что лицо шефа морского отдела Лароша Гарунди выражает крайнюю степень удивления.

Брови старательно приподняты, рот чуть приоткрыт, глаза округлились. В постановке сцен с начальством Гарунди не признавал полутонов.

– Пошел вон! – рявкнул Баррауза на адъютанта и повернулся к шефу морского отдела. – Это ваш офицер, Гарунди? – спросил он неожиданно спокойно.

– Мой, – голос Гарунди стал еще слаще. – А что случилось?

– Ничего особенного. Измена долгу. Да, черт побери! – Баррауза энергично потряс пальцем над раскрытой чернильницей.

 –      И это в нашем управлении! В вашем отделе!

«Сейчас Ларош начнет выкручиваться», – мысли в голове Нэти цеплялись одна за другую, и ему все время почему-то казалось, что такой разговор уже однажды был в этом кабинете, только по другому поводу.

– Никакой измены не было! – хладнокровно заявил Гарунди. – Лейтенант Рикат выполнял специальное задание.

Баррауза запыхтел, как паровоз, щеки его надулись, кресло угрожающе скрипнуло:

– Пил он тоже по заданию?!

– Совершенно верно.

Позднее я подам докладную записку. Разрешите нам удалиться?

Взяв Риката под локоть, Гарунди вежливо, но твердо увлек его к двери, аккуратно провел мимо застывшего в приемной адъютанта и втолкнул в собственный кабинет.

– Дружище, вы не умеете оправдываться! – прошипел он, растягивая губы в ядовитой усмешке. – Это непростительно!

Нэти доплелся до первого попавшегося стула, свалился на него и стиснул голову руками.