Мир, который не вернуть. Том 3: Год Второй

Казалось, будто песок проник сквозь кожу и прилип к костям, вызывая боль при каждом движении.

– Паша… я так больше не могу… – донеслось позади.

Буря резко успокоилась, стало совсем тихо. Только периодически кто-то вздыхал.

– Мы. Почти. Пришли, – упрямо повторял Паша. Он и сам еле передвигал ноги.

– Может, остановимся? Передохнём? – предложила Катрин.

Паша горько усмехнулся:

– Попробуй.

Я приостановился и, преодолевая боль в суставах, присел, дотронувшись до песка, который сразу же обжёг пальцы.

– Ай, – я резко убрал руку и машинально потряс ею в воздухе. На пальцах покраснела кожа.

– Убедились? – тяжело выдохнул Паша. – Идём. Уже почти пришли.

К утру на горизонте что-то замелькало. Что-то такое, что своими цветами резко вырывалось из грязно-жёлтого окружения. Паша тоже это заметил и остановился, стоя на гребне песчаной дюны. Впереди был оазис.

– Тоже это видишь? – спросил он меня. Его лицо было сплошь обожжено и покрыто маленькими красными точками.

– Фигово выглядишь, – сказал я.

– Не волнуйся. У тебя такое же лицо, – улыбнулся Паша, а затем повернулся в сторону спасительного мирка. – Так, ты тоже его видишь?

– Конечно.

– А остальные? – спросил он, не поворачивая голову, но повысив голос.

– Да, – ответил Женя за всех.

– Я же говорил… – Паша, издав сильный вздох, двинулся вниз по гребню, поднимая маленькие пыльные облака.

Я сделал то же. Долина была совсем близко, и это придало сил.

– Какого… – Паша бросился стремглав назад. Не хватало Жени. Никита и Катрин беспомощно озирались по сторонам, всё ещё не понимая, что произошло. Я сам не понял, но с каждой секундой всё больше частей складывались в целостную мозаику: мы здесь не одни. Нужно было бежать.

– Нет… нет, нет… Нет! – кричал Паша, беспомощно пытаясь раскопать песок, который сразу же стекался обратно со всех сторон.

Я подбежал и попытался помочь. Руки сразу же обожгло, ещё больше оплавляя кожу.

– Что случилось? Где Женя?! – через несколько секунд уже не мог продолжать, потому что от боли не чувствовал руки. Паша всё продолжал.

– Оно… оно забрало её! – он всё грёб и грёб. Видел, как на его руках кожа просто слазит, оставляя опалённое мясо.