Крылья нетопыря. Часть II. Трон из костей

 – Это он вмешался, поскольку я, видимо, тут единственный, кто делает всё ради блага Храмовых скал и во имя веры, а не в угоду собственным мелочным интересам.

– Ладно, Илия, брось. Тут только мы, клянусь, я никому не скажу. Как ты это провернул?

– Боюсь, Нахор, мне больше нечего тебе ответить.

Святейший отец вздохнул и, помогая себе руками, поднялся. Кое-как он всё же нацепил на нос пенсне и в упор взглянул на Илию.

– Думаешь, тебе удастся повторить это снова?

Илия развёл руками.

– Пути господни неисповедимы.

– Ладно, Илия, если передумаешь, дай знать. Я тебе не враг. Тебе нужен здесь хотя бы один друг. Подумай.

– Премного благодарен! – преподобный поклонился с преувеличенным почтением.

Нахор бросил на него ещё один взгляд, потом повернулся к двери, постучал и через мгновение скрылся за ней.

Илия проводил его усталым взглядом. Остатки его сил ушли на браваду перед Нахором. Ещё больше голос Синода потратил на разговор с Азарем. Илия тоже был уверен, что Азарь к этому причастен, но шум отпираемой двери отвлёк его и не дал вытрясти из проклятого ересиарха всю правду.

Илия вздохнул и сполз на спину. Ему нужно было набраться сил.

* * *

Нахор быстро покинул темницы.

Гнев придавал ему силы, с каждым шагом святейший отец чувствовал себя всё лучше. Головная боль постепенно отступала, ноги уже почти не дрожали, и общее состояние улучшалось. Что бы ни случилось некоторое время назад, оно имело временный эффект и не сильно задело, по крайней мере его организм.

Путь святейшего отца пролегал через задворки хозяйственных построек, где к каменным саклям были пристроены вполне обычные деревянные стайки и сараи; мимо бараков для послухов, мимо башни рытников – к центральной площади.

Жизнь здесь кое-как наладилась и потекла своим чередом. Все обитатели Храма вернулись к своим обязанностям и какое-то время даже старались не вспоминать приснопамятную атаку Безумного рива. После сегодняшнего – когда все Храмовые скалы на несколько минут слегли в приступе жесточайших мук – толки о нападении чудовищ наверняка возобновятся.

– Благословите, святейший отец! – служитель в ярко-оранжевом балахоне – сановник не из самых низких – подобострастно согнулся в поклоне и припал губами к перстням на правой руке Нахора.

– Спаси и сохрани, – член Синода перекрестил человека накосую и сложил руки перед собой в ожидании, вдруг на самом деле у сановника к нему какое-то дело, но нет – человек явно удовлетворился одним благословением.