Темные искусства

Я осмотрелся. На тележке стояли два недопитых стакана со спиртным и фарфоровая чашка с остатками чая, рядом с которой лежал цилиндрический сгусток пепла, все еще сохранявший форму сигары.

– Похоже, что все произошло очень быстро, – пробормотал я. – Предположу, что в течение пары минут. Иначе беспорядок был бы куда серьезнее.

Макгрей кивнул с довольно удрученным видом. Как и тела погибших, комната не давала нам никаких явных подсказок. Было понятно, где сидели люди, что они пили и курили; достаточно ясно, какой стул занимала Катерина – потому что ее длинные ногти оставили глубокие отметины на скатерти; вполне очевидно, что кто-то уронил сигару на пол; логика подсказывала, что чай пила миссис Гренвиль – на чашке остались следы помады…

Но здесь не было ни оружия, ни подозрительных пузырьков – ничего, что говорило бы о борьбе или злодеянии.

Единственное свидетельство переполоха нашлось позади стола. Там мы обнаружили дорогостоящий фотографический аппарат, который лежал на полу.

Тренога уцелела, но вот гофрированные меха были смяты, а линза выпала.

Стеклянная пластинка – или пластинки – были разбиты вдребезги.

– Похоже, кто-то на него упал, – произнес я, присаживаясь рядом с Девятипалым.

– Видимо, эта девица, Леонора. Катерина сказала, что она сделала несколько снимков. Та вспышка света, которую она видела, должно быть, исходила отсюда.

Я тщательно осмотрел аппарат. Вокруг него лежали обломки – ровный круг из осколков стекла и погнутых деталей. Складывалось впечатление, что мисс Леонора просто упала замертво, и никто из гостей не сумел прийти к ней на помощь.

Затем мы увидели деревянный ящичек, который стоял возле ближайшей стены, обшитой дубом. Он был большим и увесистым, а в замке его все еще торчал медный ключ.

– Пластинки? – с восторгом спросил Макгрей.

Я подошел к ящичку и осторожно его приоткрыл, полагая, что внутри могут быть уже отснятые пластинки.

– Дерьмо, – выругался я, откинув крышку. – Все эти пластинки новые.

Они были аккуратно расставлены в специальном отделении, заполненном лишь наполовину.

Я заметил, что на зеленом бархате, которым был выстелен ящичек, остались следы на месте пластинок, явно вынутых в спешке.

В отделении поменьше хранились реактивы, линзы и жестянки с порошком для вспышки.

Макгрей бросил на них огорченный взгляд и уставился на осколки на ковре. Он с мрачным видом поковырялся в стекле.

– Жаль… Всего один чертов фотоснимок мог бы рассказать нам массу… – Макгрей резко обернулся.