Ведьма с серебряной меткой. Книга 2

В душе снова шевельнулся страх – что он там еще задумал?

Медведь шагнул к двери, распахнул ее и зычно гаркнул:

– Пузатый! Пузатый, жрать подавай! Да что-нибудь изысканное, для дамы!

Подмигнул Дани.

– Сейчас поешь, цыпленок. Кто ж мог думать, что у тебя все настолько плохо…

– Вы могли меня просто убить в том проулке, – тихо заметила она, опустив глаза.

– Но не убили. Я ж говорю, везучая. Меня, кстати, Роем кличут. Старина Рой, любому скажи в этом городе, и перед тобой будут открыты все двери.

– Меня зовут Дани, – она положила руки на стол. Ощущение теплого дерева под ладонями навеяло совершенно неуместное ощущение уюта и защищенности.

– Будем знакомы, крошка!

И он протянул ей широкую, словно лопата, ручищу. Дани осторожно вложила в нее пальцы, Рой также осторожно пожал их, а потом добавил:

– Ты мне нравишься, цыпленок. Может быть, когда оплачешь своего мужа, найдешь во мне утешение?

– Я не знаю, – сказала она строго, – боюсь, что я нескоро буду вообще искать какого-либо утешения.

– Любила его? – черные брови насупились.

Дани поежилась и поняла, что вот сейчас скажет самую большую глупость за последний час:

– Я не знаю… Рой. Возможно, если бы мы пробыли вместе чуть дольше, я бы любила его без памяти. А так… видимо, я просто не успела. Мне так жаль, что я не успела… если бы он был жив, то я бы сделала все, чтобы он обрел, наконец, счастье, а так…

И. не удержавшись, всхлипнула.

– Ты успела его полюбить, – уверенно сказал мужчина, – хоть и сомневаешься.

– Да, – эхом отозвалась она, – он был…

И умолкла, не зная, что и сказать. Да и зачем?

Аламар Нирс пламенеющей чертой пересек ее жизнь и исчез, канул в небытие – как гаснет упавший в воду уголек.

– Ну, – прервал молчание Рой, – все проходит, цыпленочек. Никуда не денешься.

В этот момент с треском распахнулась дверь, и в комнату вплыл кругленький аккуратно одетый человечек с напомаженными волосами.

– Ужин для Его Величества!

«Его Величества?» – взгляд метнулся к Рою.

Он ведь… не был ни Маттиасом, ни Шедаром, ни Ксеоном.

– Крысиный король, – хмуро пояснил он, – слыхала, небось?

Дани почувствовала, как на шее все туже и туже затягивается несуществующая удавка. Слышала ли она? Конечно. И когда жила на улице, и раньше, когда еще была под присмотром тетки.