Мирдрево: оковы

Мирдрево: оковы

Софи Данло

Жрица Ирис замкнута, боится своей сильной магии и тайно общается с духами. Когда привычную рутину клана нарушают ужасные события – у Ирис отбирают возможность бездействовать. И хоть она тайно мечтала о переменах, но оказалась к ним не готова. Путь исполнения клятвы, а затем поиск снятия наложенных на всех антимагических оков переплетаются с обретением настоящей себя. Ирис придётся действовать, решать и говорить, что думает – всё то, к чему она не привыкла. Как и использовать магию вне установленных границ и правил; как и быть собой; как и быть свободной.

Софи Данло

Мирдрево: оковы

Глава I – И?рис

I

Полотно из идентичных травинок устилало всю местность. Встречались деревья, растущие в одиночестве, и крупные камни с тупыми остриями, смотрящие в стороны. Пастельно-серое небо; нет облаков; нет солнца; а горизонт был подёрнут дымкой. Ощущая парение, Ирис лежала на глади круглого пруда, чистого от любой растительности и пустого на живность.

Светлая кожа, овальное лицо, нос с небольшой горбинкой и тонкие губы, а холодно-коричневые волосы, подстриженные очень коротко, повторяли контур головы. Средний рост, стройное, без выраженных округлостей, телосложение; а белый комбинезон из лёгкой ткани открывал только: голову, кисти и босые ступни.

Сквозь толщу дремоты, но с другой грани пробуждения, Ирис вспоминала о том, что месяц назад ей исполнилось восемнадцать лет; о том, что ещё два месяца и наступит день её посвящения.

Но привычные мысли разрезало странное ощущение – лоб наморщился, веки дрогнули и, пошевелившись, Ирис нарушила баланс. Сломав гладкость, она опустилась под воду; звук погружения выплеснулся за пределы пруда и, будто наткнувшись на стену, опал.

Стопы не касались дна, кожа не чувствовала температуру. Ирис открыла веки – и вспыхнуло осознание того, где она.

Ирис вылезла из воды – пруд обрёл зеркальную гладь, а кожа и одежда остались сухими. Светло-серые глаза блуждали по землям, в которые Ирис входит почти каждый день, но не в эту точку изменчивых земель с несуществующей картой.

Пейзаж как замершая картина с блеклыми и неправильными тенями; привычная для этого места обволакивающая тишина и отсутствие ветра.

Нуждаясь в словесном подтверждении, Ирис на выдохе сказала:

– Грань.

Со скомканным, приглушённым звуком, похожим на шёпот, возник порыв ветра и протянулся к спине Ирис. Её сердце ёкнуло и убыстрило стук, а по телу прошли мурашки.