Ведьма с серебряной меткой. Книга 2

Вы меня спасли, так жаль, что мне совершенно нечем отблагодарить…

– Ну, отблагодарить-то всегда есть чем, если ты, конечно, не девица. Не люблю девиц, они деревянные, лежат бревном, – заметил он.

Дани выронила из рук платье.

– Не надо… пожалуйста. Я буду молиться Всеблагому о вашем здравии, только отпустите меня… пожалуйста…

Медведь хмыкнул. Потом встал с кровати и, чуть пригибая голову, чтобы не задевать потолок, принялся одеваться. Накинул рубашку, затем неторопливо нашарил на полу мягкие туфли.

– Кулон свой забери, – спокойно сказал он, – на столе лежит.

Дани глянула – и правда, серебряная резная слеза, купленная Аламаром, была там. Только в месте, где цепочка порвалась, было со знанием дела наверчено медной проволоки.

– Ну, извини, я не ювелир, – развел ручищами медведь, – прислугу пошлешь, они отнесут мастеру.

– Спасибо, – на глаза навернулись слезы, – я сама отнесу. У меня нет прислуги.

– Да ну, врешь небось, – в голосе появилось сомнение, – чтоб такой хорошо одетый цыпленочек и без прислуги?

Он вдруг резко умолк, почесал переносицу, затем внимательно посмотрел на Дани. А она внезапно подумала, что не такая уж у него зверская рожа. Вполне себе обычное лицо, только бородой заросшее почти до глаз.

– А скажи-ка, цыпленочек, почему ты шла совершенно одна? Одна по городу, только что пережившему нападение этой механической дряни? Где твой отец? Муж? Брат? Почему не сопроводили тебя?

Дани застегнула цепочку на шее, бездумно погладила серебряную слезу.

– Моего мужа убили механоиды, – сказала она, – и у меня больше никого нет. Вернее, у меня есть дом, но родственников нет.

– Дери тебя темнейший! – мужчина высказал свое отношение к происходящему, – ну да все равно, чего шлялась по улицам? Все еще по домам сидели, тебя же понесла нелегкая…

Дани наклонилась, увидела свои туфельки и обулась.

– Я устроилась на работу в магазин и даже добыла немного еды. И шла домой, чтобы поесть спокойно.

– То есть у тебя дома не было еды, – уточнил он.

– Да, не было. Мне очень хотелось есть, я уже второй день как ничего не ела.

– Твою мать. Цыпленочек, ты решила, видимо, извести меня.

Он отодвинул стул.

– Давай, садись. Садись, сказал!

Дани осторожно присела.