Кровь неделимая

Я поняла, что он видит меня насквозь, этот толстяк с умнющими смешливыми глазами. И он – на моей стороне. По крайней мере – пока.

Уже потом, засыпая в непривычно широкой и мягкой кровати, я принялась анализировать поведение всех, кто присутствовал на ужине. Но ничего значительного не вспомнила. Ужин и правда прошел как-то обыденно и даже скучно. Один мой сосед позволял себе то и дело отпускать шуточки в адрес то одного, то другого гостя. Гораздо интереснее было вспоминать другое….

Власов сам подошел ко мне, когда я отошла к маленькому столику за чашкой кофе.

Вся компания разбрелась на молчаливые группки, и только неугомонный Женька громко хохотал над какой-то шуткой, им же сочиненной для улыбчивого внимания хозяйки ужина. Хозяйкой дома я так и не смогла ее назвать. Даже про себя. Что-то в ней было инородное всему этому очень русскому дому-усадьбе. Что-то выдавало в ней принадлежность к какому-то другому кругу людей. Настолько другому, что даже я не могла разгадать – какому…. И ее возраст здесь был ни при чем.

– На молчуна ваш друг совсем не похож, – не удержалась я.

– Сам удивляюсь; вообще-то наш Женька – наблюдатель. Сидит обычно как добрый сыч в углу, наблюдает, потом съехидничает разок-другой, вот и все. А сегодня… не знаю, что с ним сегодня.

– «Добрый сыч»? Впервые слышу, чтобы сыча считали добродушным созданием.

– Да всяким он был, всяким. Жизнь у него была… всякая, – видно было, что хозяин больше не расположен обсуждать сегодняшнее поведение своего друга.

– Может, пройдем в мой кабинет и начнем работу? – в два глотка расправившись с кофе, неожиданно предложил Власов.

– А это удобно? – невольно посмотрела я в сторону «просто Дарьи и Надежды».

– Мне – удобно, – впервые непривычная жесткость прозвучала в его голосе.

– Зачем они тогда вам, если вы так…?

– А зачем елочные украшения или красивые шторы на окнах?

– Ну, скажите еще – комнатные собачки.

– И комнатные собачки, – даже не улыбнулся Власов, – они не против, поверьте.

Еще вопросы есть?

Я прищурилась и внимательно посмотрела на него. Что-то в его лице сказало мне, что он действительно ответит сейчас на любой вопрос. Ну, почти на любой.

– А… ваша жена, где она? Я познакомлюсь с ней? Даже ваш разговорчивый друг только хмыкнул в ответ на этот вопрос.

– Ну и правильно сделал, – и это было все.

А я поставила первую «галочку» в своей памяти.

Когда мы выходили из столовой, чей-то взгляд как будто ожёг мне спину.