Проклятье Серебряного леса

Чтобы сгладить свою промашку, Евгения стала внимательно изучать содержимое своей тарелки.

– Что именно?

– Что?

Его пальцы нервно сжались в кулаки:

– Я хочу знать, что именно наболтала вам эта сорока?

Евгения инстинктивно вжалась в стул, с трудом подбирая слова:

– Ничего такого, что могло бы вас расстроить. Она сказала, что вы были счастливы со своей второй женой. Что безмерно ее любили.

– Что еще она сказала?

Борислав продолжал сверлить ее своим тяжелым взглядом. Евгения наигранно беспечно пожала плечами, демонстрируя легкость этого разговора:

– Сказала, что баронессу нашли мертвой в постели.

– Выходит, вы просто-напросто любите собирать сплетни? Подобно челяди и крепостным? – он содрал с себя салфетку и бросил на стол. – Уж не думал, что должен отчитываться перед вами за свое прошлое. С какой такой стати? Все, что произошло в моем прошлом, не имеет никакого отношению к настоящему, а тем более к вам, сударыня.

Она смотрела на него во все глаза. Очередная вспышка гнева. Это становилось невыносимым. Борислав призвал лакея, чтобы тот убрал его тарелку:

– Похоже, с вами я так и буду ходить голодным. Наши семейные обеды заканчиваются скандалом, а мой желудок пустым.

Не говоря больше ни слова, он покинул столовую, оставляя в растерянности жену. Девушка едва сдержалась, чтобы не заплакать. Она искренне недоумевала, отчего он так взбесился. Разговор не содержал ничего оскорбительного для него.

Лакей продолжал молча собирать тарелки со стола. В столовую вошел дворецкий. Быстро оглядел нетронутые блюда, поторапливая слугу.

– У меня пропал аппетит, – Евгения устало прикрыла глаза, – уберите и мои тарелки тоже.

Захар встал за спинкой ее стула:

– Госпожа, я могу вас сопроводить в вашу комнату?

– Да, конечно.

Она поднялась и вышла из-за стола. Ступая по коридору в сторону лестницы, она думала о том, как ей трудно найти общий язык с мужем.

Глава 4

Этим вечером в доме графа Мерцалова блистала вся высшая знать Екатеринбурга. В зеркальном паркете отражались вальсирующие пары. В зале горели тысячи свечей, на ступеньках лестницы стояли лакеи.

Хозяин с хозяйкой встречали гостей на площадке первого марша. Мужчины пожимали друг другу руки, женщины обменивались любезностями.