Ну, «братец», погоди!

Кот посмотрел на меня, а я вздохнула:

– Надеюсь, тебе понравится в замке, хоть ты и не принцесса.

Сфинкс зевнул, обнажив острые зубы, а я вытащила из шифоньера большой чемодан. Собиралась быстро, складывала лишь самое основное. Выработанная многолетними спонтанными путешествиями привычка. Когда у вас лёгкая на подъём мама, а бабуля – вообще пушинка в этом плане, приходится порой слышать фразу «Детка, вылет через час!».

Поэтому я была готова через тридцать минут.

– Понятия не имею, что нужно брать в другой мир, – проворчала я, перебирая на столике косметику.

 – Есть ли там электричество? – и застыла в ужасе. – Точно. А что, если там нет интернета? Это же… каменный век!

Открыла дверь и крикнула:

– Мам?

Кот, спрыгнув с кровати, выскользнул в коридор, и я, схватив чемодан, последовала за ним. Судя по доносившимся снизу голосам, мама с кем-то разговаривала. Громыхая багажом по ступенькам, я спустилась и, оставив его у двери, направилась на звук. Агент по недвижимости может и подождать, у меня насущный вопрос, который и поставит точку в нашем споре.

Нет интернета – нет переезда!

Распахнув дверь на кухню, я застыла в изумлении. Вместо щуплого агента по недвижимости в помятом костюме, передо мной стоял высокий широкоплечий мужчина средних лет в странном, но весьма эффектном наряде.

Зеленоватые чешуйки необычной кожи сапог радужно переливались, из-под длинного плаща бутылочного цвета выглядывал бирюзовый камзол. Больше всего меня потрясли сверкающие огранённые пуговицы. Кажется, это настоящие изумруды!

Я перевела взгляд выше и затаила дыхание.

Длинные волосы цвета воронова крыла струились до самых плеч. Худощавое лицо незнакомца поражало своей бледностью. Ярко-зелёные глаза практически светились, будто неоновые лампочки.

Сразу видно – колдун!

Я не знала, что делать. Нужно поздороваться? Но будет ли наше «здрасьте» достаточным? Вдруг магам кланяться надо?

– Это она? – сурово уточнил мужчина.

Мама сияюще улыбнулась:

– Да, любимый.

Так это и есть Санокон! Я смотрела на колдуна со смесью восхищения и ужаса.

От мужчины исходили волны властности. Казалось, он щелчком пальцев может поставить на колени армию. Это ощущалось и в снисходительном взгляде, и в едва заметной усмешке плотно сжатых губ.

Я понимала, что меня сейчас рассматривали и оценивали. Нельзя стоять истуканом! Не хочу позорить маму. Мысли заметались, но тут я вспомнила слова о замке и принцессах. В памяти пронеслись прочитанные в детстве сказки.