Наследник Тавриды

Императрица Мария Федоровна рисовала в угловой комнате Павловского дворца. Из окна-эркера открывался вид на занесенную снегом реку. Тяжелый гранитный мост, перекинутый на другой берег, укрывали шапки сугробов. Зима пришла на один день, как бывает в ноябре. С моря прорвался поток сырого холодного воздуха. Вечером завьюжило, завыл ветер в трубах, на рассвете метель улеглась, и милый сердцу парк предстал во всей красе. Жаль только, что пора собираться в город. Летняя резиденция не годилась для холодов. Ее величество медлила по одной ей известной причине.

Она желала встретиться с нужным человеком без лишних глаз. А в столице о приезде Закревской сразу узнают.

– Дама, за которой ваше величество посылали, здесь. – Лакей отступил, пропуская Грушу в зал.

– Девочка моя, как я рада тебя видеть!

Гостья сделала глубокий реверанс и застыла, ожидая, пока вдовствующая императрица поцелует ее в лоб.

– Вы из Або? Одобряю ваш поступок следовать за мужем в Финляндию. Наконец здравый смысл возобладал в вашей хорошенькой головке! – Мария Федоровна потрепала бывшую фрейлину по щеке.

– Мой муж скучает на севере, – намекнула Аграфена. – Это назначение не для него.

Вдовствующая императрица спрятала улыбку в уголках губ. Цена названа.

– У меня к вам поручение. Весьма щекотливого свойства. Помните графа Ростопчина, друга покойного императора? При дворе, он всегда ухаживал за вами.

Закревская передернула плечами. «Старый ловелас!»

– Сейчас Федор Васильевич живет в Москве, – продолжала пожилая дама.

 – Но две недели назад приехал в Петербург. Мне стало известно, что при нем находится важный документ. Это эпистола моего несчастного мужа, написанная не в лучшем расположении духа. Он привез ее специально для того, чтобы передать генералу Куруте, приближенному цесаревича Константина. Если письмо попадет в Варшаву, я буду крайне огорчена.

– А что в письме? – Аграфена считала этот вопрос уместным.

Ее величество выдержала паузу.

– Упаси вас Бог даже заглядывать в конверт, дитя мое.

«Вы предлагаете мне соблазнить и обокрасть старика?» – про себя рассмеялась гостья.

«Я предлагаю вернуть твоего мужа из Финляндии», – мысленно отвечала ей собеседница.

– Я попробую.

– Вы сделаете.

Царское Село.

Надев высокие болотные сапоги и повязав шеи шарфами, великие князья Николай и Михаил отправились на «свой» остров. Он больше не принадлежал им, переходя по наследству к новому поколению царской семьи.