Плен одиночества

Кольцо. Ну разумеется.

Ринате хотелось отрезать себе кисть: тогда бы он наверняка перестал так смотреть. Он буквально плавил ее пальцы, причиняя боль. Как раскаленный металл под кожу. Невыносимо.

– Игорь, что тебе нужно? – стараясь разрядить обстановку, подала голос Алла.

Но Крылов никак не реагировал. Будто ее не существовало. И Демаре тоже.

Он медленно поднимал глаза. Изучал сжимающие деревянный борт тонкие пальцы, полоски российского триколора, тянущиеся вдоль рукавов олимпийки. Скользил взглядом по длинной изящной шее.

Игорь почти физически ощутил желание коснуться волос Ринаты, запустить пальцы в шелковый водопад, вдохнуть ее аромат. Говорят, любовь живет три года. А ненависть сколько?

Они наконец встретились взглядами. В хрустале ее глаз он различил тревогу. Страх. И… что-то еще… Она – как могла – пыталась показать, какой сильной стала.

Но нет, Рината.

Даже спустя годы он видел в ней девчонку из барака, которой подал руку, чтобы унять ее волнение перед первым выходом на лед.

Девчонку, которая жестоко использовала его и вышвырнула из своей жизни, как отработанный материал.

Нет, Рината. Нет.

Она не будет счастлива. Он не позволит ей ни смеяться, ни любить. Они вместе утонут в океане ненависти. Захлебнутся яростью.

Вместе. Как раньше.

– Игорь… – Богославская не оставляла попыток привлечь его внимание.

Игорь посмотрел на нее, потом на Николаса, стоящего рядом. И снова на Рину.

– Я придумал желание, – широко улыбнувшись, объявил он. – Надеюсь, ты не забыла мой адрес? Жду тебя вечером… – Улыбка переросла в усмешку. – У себя. Там и расскажу подробнее.

Рината молчала. Сверлила Крылова самым злющим взглядом, на который только была способна. А ненависти в ней хоть отбавляй. Как она умеет взращивать в себе это чувство, он знал.

– Простите, мне пора.

– Что тебе нужно? – обуздывая злость, еще раз спросила Алла.

– Разве мне необходим какой-то особый повод, чтобы проверить, как работает одна из лучших моих школ? – бросил Игорь, лишь вскользь посмотрев на Аллу. – Жду тебя вечером, Рината, – повторил он и ушел.

Николас плохо знал русский язык и вряд ли мог понять смысл речей Игоря, но по виду Ринаты и Аллы ему стало ясно: разговор – далеко не из приятных.

– Что случилось? – спросил он.