Без права на отказ

Глава 2

Осознание того, что Коршунов выгнал меня из своей группы, приходило ко мне медленно и мучительно. Нет, я, конечно, сразу поняла, что ничего хорошего мне не светит, когда он ушел с тренировки и после его заменял наш второй тренер. Думала, что схожу к нему в тренерскую и попрошу прощения, потому что в реальность того, что произошло, я не верила. Ну правда, уже середина августа, старт сезона в сентябре, а меня исключают из группы? Ха! Но после тренировки в тренерской Олега Евгеньевича не оказалось. А потом в раздевалке ко мне подошла наша хореограф и попросила забрать документы, так как Олег Евгеньевич уже объявил всему тренерскому составу, что Яна Абрамова в центре имени Коршунова больше не тренируется.

И вот тогда у меня затряслись поджилки. И слезы появились, и сопли я на кулак наматывала, и истерично смеялась. Я испугалась. Так, что поняла – если не исправлю ситуацию и не поговорю с Коршуновым, вся моя карьера полетит к чертям. Потому что ни один нормальный тренер, после того, как я не очень красиво ушла от Лапышевой… Ну то есть совсем некрасиво, – написала смс, что больше у неё не тренируюсь, – ни один тренер меня не возьмет, и можно будет смело паковать чемодан и отчаливать в Череповец к бабушке!  Ну уж нет! Она столько сил в меня вложила, что я не имею права не оправдать её ожидания.

А ждет она от меня ни много ни мало – медалей чемпионата мира и Олимпиады.

Именно поэтому сейчас я стою перед дверью квартиры Коршунова и давлю на звонок. Мне удалось проскользнуть в подъезд за каким-то мальчишкой, иначе стояла бы я и скреблась в домофон до ночи.

Олег Евгеньевич и не подумал бы меня впустить, зуб даю! А тут… если понадобится, я ночевать перед его дверью буду, но добьюсь того, чтобы он меня выслушал.

С минуту я жала на звонок, потом приложила ухо к двери и прислушалась. То ли звукоизоляция в квартире хорошая, то ли его просто дома нет. Вот засада! Я чуть в голос не застонала, когда и повторный звонок был поглощен тишиной. Опустилась по стене на корточки, положила сумку на колени и, тяжело выдохнув, принялась ждать.

Ведь если его нет дома, логично, что он обязательно придет? И я очень надеялась, что не ночью.

Я, наверное, уснула, потому что почувствовала, как меня грубо тормошат за… да, за то самое больное плечо, чтоб его! Вздрогнула и, встрепенувшись, поднялась на ноги. Передо мной стоял Коршунов и сверлил недовольным взглядом.

– Что ты тут забыла, Абрамова?

– Поговорить с Вами хочу, – уверенно выговорила я.