Дело марсианцев

)] Отправитесь в жандармскую Управу с ламентами на моего обезумевшего братца?

– Нет, не стану я на него жаловаться… Мы же с ним как Финтий и Дамон, старинные друзья, почитай что братья. Негоже мне доносить на него, Глаша…

– И что же нам делать?

– Давайте тщательно изучим эти документы и сарай, иначе мы не сумеем узнать теперешнее местоположение Акинфия. – Глафира нахмурилась, и Тихон, на его счастье, быстро смекнул, что стало тому причиною. – Впрочем, рассматривать вам такие вольные записки в моем обществе было бы несуразно, также как и доверить их мне для единоличного ознакомления.

Среди бумаг могут оказаться интимные послания или дневники! Я отправлюсь обследовать мастерскую Акнифия, а вы просмотрите эти заметки, согласны?

Глафира молча кивнула и без промедления приступила к перебору бумаг – тех было порядочно, и внимательное изучение могло потребовать от нее изрядных усилий. Поэт же, вооруженный медной отмычкою, поторопился во двор имения. На ходу он отдал распоряжение о прекращении всяких поисков, и слуги с облегчением вернулись к привычным занятиям.

Сарай открылся с неохотою, будто не желая доверять свои ужасные тайны постороннему. Чтобы не напороться на острый предмет и получше видеть, Тихон первым делом пробрался между механизмами, составленными у стен, к окнам и распахнул плотные занавеси. Луч солнца с южной стороны, пыльный и узкий, выхватил из полумрака мастерскую ученого-механика.

Прежде всего, становилось вполне очевидно, что всю среднюю часть сарая в иное время занимало некое колесное устройство – земляной пол был густо исчерчен следами.

И еще, ничего более в центре сарая не стояло и не валялось, а значит, это место оберегалось для главного и этого весьма крупного механизма, которого в сей момент, понятно, тут не было. «Однако как сюда могли втиснуться гигантские лопасти воздухолета? – недоуменно подумал Тихон, припомнив ясные показания видевших летательную машину. – Разве что он надевал их уже после, как выводил аппарат на волю. Пожалуй, что так».

Он обошел мастерскую по краю и присмотрелся к каждому более-менее крупному предмету в поисках внятных намеков. Возле одной из стен он увидел железную трубу, составленную из нескольких малых труб разного калибра, а также несколько круглых и толстых стекол. Похоже, Акинфий и в самом деле когда-то собирался соорудить огромный телескоп для ночных наблюдений неба, но забросил это увлечение – детали ночезрительной трубы покрывала пыль и даже паутина.