Сердце моего врага

Он передал другим старейшинам свиток. Старики, осмотрев пожелтевший пергамент, согласно закивали головами.

– Вам не мешает, что ваш глава пребывает в неведении? – осведомился Моро, надменно вздернув бровь. – Или мне покинуть вас, чтобы старейшины дружно поворковали между собой, словно одряхлевшие голубки?

В зале послышались сдержанные смешки, пока недовольный взгляд Моро не устремился в сторону смеявшихся.

– Я столь смешон, Идай?

Юноша сильно побледнел и виновато понурил голову. Хоть бы обошлось! Глупый Идай, Моро не шутит никогда.

– Сильнейший! – заговорил Норте, вовремя отвлекая главу клана от храброго, но такого глупого, юноши. – Это договор на крови. Лукас Ланнан выкупил свободу дочери, убив члена королевской семьи.

– Вот, значит, как? – усмехнулся ард, тут же повернулся к своему подручному. – Это правда, Гакрас? Такое было в истории клана?

Крыса недовольно дернул головой.

– Было, мой ард! – он склонил голову. – Но я не знал о свитке.

– А ты невнимателен, мой друг, или слишком забывчив! – Моро взял из рук Норте свиток. – Кровь Лукаса выкупила тебе свободу, девочка. Как удачно…

Глава просмотрел содержимое договора и швырнул его обратно старейшинам.

– Мне нет нужды тебя держать в клане! – обратился ко мне Моро. – Имея такой потенциал, ты отказалась принять свое предназначение, но…

Он сделал паузу и вперился в меня пытливым взором.

– Что ты будешь делать, заполучив свободу? Как будешь зарабатывать на жизнь? Пойдешь в услужение или станешь чьей-нибудь содержанкой? Мне, по сути, совершенно безразлично, но зачем тебе это? Твои предки всегда занимались ремеслом, несущим смерть, что же тебя не устраивает?

Смерть Бека.

Его кровь на моих руках.

Убийство человека, что был мне больше чем цель.

Продажа Мардж в чужое услужение.

Я не желаю быть частью всего этого!

Но сказать все это вслух я не могла. Меня не услышат. Здесь не принимаются во внимание дружба и любовь. Смерть и деньги – главные приоритеты семьи.

– Мой ард, прошу меня понять и не судить строго, – просто проговорила я. – Я доказала свою несостоятельность в качестве клинка, так и не сумев освоить ремесло смерти. Для клана я обуза. Думаю, отец это понимал, поэтому и выкупил мою свободу жизнью.

– Твой отец составил этот договор еще тогда, года ты портила пеленки, – прервал Моро мои разъяснения. – Хочешь сказать – он знал, что ты станешь бездарью?

– Он… просто меня берег… как мог.