Погоня за ветром

Из него было хорошо видно всё, что происходило в огромной, залитой светом из забранных слюдой высоких окон горнице. В то же время снизу оконце можно было разглядеть, лишь внимательно присмотревшись.

Князь Василько Романович, в голубом долгополом кафтане, в шапке с зелёным бархатным верхом и меховой опушкой, в мягких сафьяновых сапогах без каблуков, восседал в резном кресле. Перед ним стоял высокий темноволосый человек в тёмно-сером, подбитом мехом суконном плаще с фибулой[133 - Фибула – пряжка-застёжка.], надетом поверх белой сорочки.

В руках он мял войлочную шапку. По обе стороны от кресла вдоль горницы на скамьях сидели бояре в ярких разноцветных опашнях[134 - Опашень – верхняя одежда с короткими рукавами, обычно летняя.], зипунах, ферязях[135 - Ферязь – кафтан без воротника.].

Когда гонец поднял голову, Альдона едва не вскрикнула – она узнала Варлаама.

Василько говорил громким голосом, и княгиням было хорошо слышно каждое сказанное им слово.

– Прочёл я грамоту сыновца[136 - Сыновец – племянник со стороны брата.

]. Всё в ней складно. Но не разумею, почто хощет Лев звать во Владимир Войшелга? Эй, Олекса! Пусть кликнут княгиню Альдону. Надобно и ей ведать о Львовой грамоте.

Альдона заметила, как длань Варлаама чуть дрогнула, он поджал тонкие уста, но волнения своего ничем не выдал.

«Вот и свидимся опять. Смешно и глупо. Он правильно сказал. Противно се – по углам тёмным прятаться. Любовь – она чистою, светлою быть должна».

– Чегой-то лицо сего гонца знакомо мне.

Где-то видала, – прервала мысли Альдоны Ольга.

Ничего ей не ответив, Альдона пожала плечами и поспешила вниз.

– Искать меня будут. Худо, ежели здесь застанут, – коротко бросила она подруге через плечо.

Сев по правую руку от князя Василька, она с непроницаемым, надменным лицом изготовилась слушать.

– Князь Войшелг исхитрён в державных делах, долгое время правил он в Литве. Вот и хочет сыновец твой испросить у него совета. Потом, кум князь Войшелг князю Льву, – говорил Варлаам.

 – Потому…

– О том мы ведаем! – супясь, резко оборвал Варлаама Василько. – Токмо нет твому Льву никоей веры! Лукав он, козни супротив братии своей строит. А со князем Войшелгом старые у его счёты.

– До малых ли ссор наших сейчас, княже?! – Варлаам удивлённо развёл руками. – Ногай у луки Днестровской шатры раскинул. С миром али с войной он там объявился, бог весть. Вот и хочет князь Лев, чтоб стояли все князья заедино и, если что, дали бы мунгалам отпор.