Давшая клятву

– Ворота Преисподней! Он… он настоящий, правда?!

– Ну, вряд ли я купила его в лавке Джилли на рынке.

– Он теплый. – Удерживая камень между двумя пальцами, Белл широко улыбнулся. – Какому Дому принадлежит эта руна?

– Волантис.

– Волантис? Это… это…

– Защитная руна. – Камень сверкнул, и Хейвен рассмеялась. – Ты ему нравишься.

Любой другой смертный посмеялся бы над предположением, что у рунного камня есть чувства. Даже Дамиус, Пожиратель рун, под руководством которого Хейвен годами работала и тренировалась, назвал бы ее сумасшедшей, услышав слова о том, что камни могут быть чем-то большим, чем средством достижения цели.

И все же, когда Хейвен держала рунные камни, она что-то чувствовала. Связь, эмоцию, словно невидимая нить тянулась от камня, соединяя ее с Нихлом… что было для нее невозможно.

Но для Белла – возможно. В его королевской крови хранилась магия предков. Уже много лет на свет ни в одном из Девяти Домов не появлялся монарх, владеющий магией света, но это не означало, что его вообще не появится.

– Учитывая, что у меня есть ты, вооруженная до зубов, и сегодня я получу рунный камень долголетия, – проворчал Белл, – не думаю, что мне нужна дополнительная защита.

– Осторожности много не бывает.

Белл завернул камень в ткань и сунул в карман.

– Я просто надеюсь, что ты не ввязалась в большие проблемы, чтобы раздобыть его.

– Нет, – солгала Хейвен, поднимаясь на ноги. – Теперь ты будешь вдвойне защищен на случай, если меня не окажется рядом. На самом деле, ты доживешь до таких дряхлых лет, что будешь умолять отправить тебя на покой.

Чего она ему не сказала, так это того, что, хотя формально Руна Дома Волантис считалась защитной, рунный камень в кармане Белла не принадлежал Девяти Домам Смертных.

Это была руна силы, запрещенная для смертных.

Что, как подсказывал опыт Хейвен, делало камень еще более мощным… и грозило ужасной казнью его владельцу, если того поймают.

Согласно закону Богини, Руны Девяти Домов Смертных полагались дворянам-потомкам каждого из девяти людей, когда-то впервые наделенных магией.

Конечно, по рукам ходили и сотни поддельных рун. Но Хейвен была единственной из людей Дамиуса, кто мог определить редкие, запрещенные руны, недоступные смертным.

На черном рынке камни стоили небольшое состояние; если бы ее когда-нибудь поймали с ними, то приговорили бы к смерти.