Старая асьенда доньи Ремедиос

Дон Барреро стал ссыпать горстями песок и крупу в свою шляпу. Он был удивительно спокоен, в отличие от капитана Фишера – тот вскрикивал, стонал, подозрительно оглядывался на матросов и сыпал грязными ругательствами, когда коралл оказывался пустым. Только пустых коралловых камней было на удивление мало.

Капитан нырнул ещё раз, и опять матросы подняли сетку, полную коралловыми камнями, в которых опять были самородки золота. А потом капитан сказал, что устал. Капитан Фишер потянулся к своему пистолету и нервно задышал, собираясь что-то возразить, но дон Барреро, строго посмотрев на него, ответил спокойно:

– Конечно, капитан Линч, отдыхайте, пожалуйста.

Вечером, перед закатом, капитан и старый водолаз попросили отвезти себя на берег. Они сели у крабовой башни, разулись и стали смотреть на воду, на скалы, на небо и на бриг. На палубе брига хефе Франсиско стоял и глядел на капитана и старого водолаза в подзорную трубу. Капитан помахал ему рукой, а потом лёг на песок, подложив под голову свою и так уже изрядно смятую шляпу со словами:

– Если он и дальше будет на нас пялиться, мы не сможем достать записку.

– А что же делать? – сказал сеньор Ромеро и тоже лёг.

– Давайте пока поговорим, – сказал капитан и прошептал, поворачивая голову к водолазу: – Я видел в воде под скалами светящийся ход на глубину.

– Там никаких ходов нет… Тем более светящихся, – удивился водолаз, он начал подниматься с земли. – Ни я не видел, ни мальчики ничего такого не говорили.

– Лежите, лежите, сеньор Ромеро, – одёрнул водолаза капитан и добавил: – А я ясно видел ход… Такая круглая дыра у подножия скал. И она в глубине светилась фосфоресцирующим светом.

– Под землёй нечему светиться, – потрясённо прошептал водолаз, он всё-таки сел и повёл покатыми плечами.

– Но в море светятся многие организмы, – заспорил капитан, приподнимаясь на локте. – Медузы, водоросли… Да мало ли чего может светиться. Кальмары, например.

Старый водолаз посмотрел на него напряжённым взглядом и спросил:

– Вы намекаете на гигантских кальмаров, сеньор капитан?

Капитан молча смотрел на испанца, потом он, словно бы нехотя, ответил:

– Вообще-то, я всегда считал, что гигантские кальмары, как и гигантские осьминоги – это сказки для доверчивых и невежественных матросов, сеньор Ромеро.

– Зато покойный Антонио что-то видел, – сказал старый водолаз.