Кровавая вода Африки

Кровавая вода Африки

Нина Запольская

Серж Запольский

Достояние Англии #3

Основано на реальных дневниковых записях английских путешественников… Африка и сегодня – во многом опасна, а в ХVIII веке она была опасна смертельно. Лишь немногим европейцам удавалось вернуться из дебрей континента. Поиски захваченной пиратами шхуны «Архистар» приводят капитана Линча в Гвинею. На плато Фута-Джаллон его отряд, спасаясь от интриг туземного колдуна и вождя племени, оказывается втянутым в междоусобную войну. Прекрасная Олиба, покорённая голубыми глазами капитана, помогает ему.

Уходя от погони, отряд углубляется в тропический лес, где их подстерегают пожары, хищники и смертельные болезни.

Нина Запольская, Серж Запольский

Кровавая вода Африки

Пролог. Пленных не брать

Командование мятежной шхуной взял на себя штурман Пендайс…

Это было невероятно. Это было настолько невероятно, что капитану показалось, что он сейчас умрёт. Потом ему вспомнился недавний сон.

Словно он стоял и смотрел, как горит его дом.

Он знал, что дом загорелся не сразу, а медленно, нехотя, словно он был живой, и словно он долго раздумывал, потом решил загореться и вспыхнул. И теперь капитан смотрел, как он горит и с громким треском сыплет искрами, занимаясь пламенем всё в новых и новых местах.

У дома был привязан пёс, старый, уже седой. Пёс жил в семье, бог знает, сколько времени и служил верой и правдой, и теперь он должен был сгореть вместе с домом, потому что у капитана не было сил подойти и отвязать его.

Сначала пёс рвался и лаял, отчаянно, исступлённо, изо всех своих сил пытаясь вырвать кольцо из столба, но столб был крепкий, и цепь была крепкая, и скоро пёс, задохнувшись и обессилев, понял, что ему не спастись. Он лёг и заплакал, застонал прямо по-человечески, скуля, бормоча что-то почти членораздельно в предсмертной тоске, а капитан смотрел на него и не мог шевельнуть ни ногой, ни рукой, застыв словно в ступоре…

Командование мятежной шхуной взял на себя штурман Пендайс…

Капитан посмотрел на своих людей.

Матросы глядели на него с надеждой, ожидая приказов. Сквайр вылез из паланкина и застыл, как громом поражённый. Рядом с ним доктор Легг удручённо щипал свой бакенбард, шепча под нос что-то едва слышное по-русски.

Платон, не говоря ни слова, пошёл заниматься верблюдами, и скоро он с Бонтондо и Беном Гантом уже развьючивали их, поили и привязывали к коновязи.

– Что случилось? – спросил у него Бонтондо.