Запретные дали. Том 1

– Угостишь Себастьяна с Лючией, – промолвила она, быстро наполняя корзину, – они любят…

Наполнив корзину до самых краев, Матильда встала на самые цыпочки и заглянула в самую глубину ярко-синих глаз.

– Какие же у тебя глаза красивые… – завороженно прошептала она, – будто нечеловеческие вовсе…

Тут «маленькое создание» осеклось и болезненно зажмурившись, принялось трясти головой.

– Так, здесь вроде бы все, – придя в себя, снова засуетилась Матильда, – пошли на выход…

Очутившись возле дома, она скрылась за входной дверью, а вскоре появилась, держа в руках стакан темно-красного содержимого и небольшую тарелку с грубо нарезанным творожным сыром.

– Попробуй, – протянула Матильда стакан Мартину – вино отменное! Никогда в жизни ты не пробовал ничего лучше!..

– В рабочее время не потребляю, – учтиво заявил Мартин.

– Как знаешь, – пожала плечами Матильда и залпом оглушила целый стакан.

Отерев рот тыльной стороной ладони, она обольстительно улыбнулась и предложила попробовать сыр от их «чудо-коров».

После винограда Мартину было уже все равно что дегустировать, тем более подходило обеденное время. Он в легкую умял всю тарелку солоноватого сыра, щедро приправленного какими-то травами. Заметив этот аппетит, Матильда тотчас метнулась в дом и принесла еще порцию сыра с дополнением в виде пшеничного хлеба с маслом.

– А сметана из молока наших коров, – заявила Матильда, – такая, что ложка стоит!..

Уминая предложенные яства и пробовав «чудо-сметаны», от которой «даже ложка стоит», Мартин вдруг понял, что приступ аппендицита ему уже вряд ли грозит, а вот расстройство кишечника вполне обеспечено, и потому, когда дело дошло до дегустации того самого «наилучшего молока», он протестующе отказался, сбивчиво пояснив, что ему работать до вечера, а подхватив бутылку вина на пару с корзиной винограда, принялся доходчиво заикаться, объясняя, что ему «надобно немедля быть на рабочем месте».

– Так мне тоже работать надо! – спохватилась Матильда и, вооружившись свежесорванной хворостиной, побежала к коровнику.

Погнав к калитке ошарашенную Росинку, «маленькое создание» кивнуло Мартину на выход. Облегченно выдохнув, тот устремился к свободе и тут же был грозно облаян огромной цепной собакой.

– Молодец! – похвалила Матильда пса.

– Noli me tangere (лат. Не тронь меня)!.. – прогромогласил Мартин, одаривая пса огненной вспышкой ярко-бирюзового взора.