Запретные дали. Том 1

– Ага, красивый, – учтиво кивнул он и язвительно добавил, – к тому же он весьма миролюбивый и очень даже заботливый, правда, чересчур суетливый и визгливый до невозможного, а еще шутки у него какие-то дурацкие…

– С нами жить будет? – с нескрываемой надеждой спросила Лючия.

– Очень на то надеюсь, – ответил Себастьян, – будет отцу помощь. «Они» ведь, сама знаешь, какие услужливые.

– Ну да, – кивнула Лючия, – только Падре Френсис говорит, что вреда от них больше, чем пользы.

– Ну, значит и новое развлечение у отца появится, – заявил Себастьян, – не все же на мне злость вымещать.

– Ты жестокий! – воскликнула Лючия и принялась с нарочитым сочувствием смотреть на «синеглазого черта», который в свою очередь рьяно глагольствовал маме про то, какой же ее «горячо любимый сын Себастьян» все-таки превеликая умничка, а после вручил какой-то листок и принялся зачитывать вслух что-то непонятное, но, по всей видимости, крайне важное.

– А чего нечисть жалеть? – парировал Себастьян, – Это же ведь, хуже скотины!

– Прекрати, дурак! – заверезжала Лючия, – Никакая он не скотина! Он красивый!

В это время тот самый «красивый» метнул в их сторону искрящийся сапфировый взор и, как ни в чем не бывало, продолжил бурно глагольствовать то и дело охающей Стефаниде.

– И миленький… – завороженно добавила Лючия и, тряхнув кудрявой головкой, шепнула на ухо Себастьяну – А чего он маме рассказывает?

– Ничего не рассказывает, – ответил тот, – умничает просто! «Они» ведь недалекого ума, зато поумничать горазды.

Завидев на себе пронзительно-синий искрящийся взгляд, Себастьян резко осекся и невольно вернулся к своей безотказной тактике. Смущенно опустив изумрудно-зеленый взор, он виновато пожал плечами и замер, уже не отвлекаясь на дотошную сестренку, которая, впрочем, быстро последовала его живому примеру.

По-кошачьи сощурившись, Мартин лукаво улыбнулся и поспешил вывести Стефаниду к замершим детям. Себастьян с Лючией краем глаза подглядели, что лицо матери совсем было белым-бело, а дрожащими руками она крепко сжимает какой-то исписанный листок.