Запретные дали. Том 1

Стефанида с Патриком боязливо переглянулись и принялись осенять себя размашистыми крестными знамениями, вызвав тем самым у Себастьяна с Лючией целый поток неукротимого смеха.

Мартин продолжал стремительно набирать обороты. Совершенно запутавшись в двух языках, превратив свои непослушные волосы в идеальные тугие кукольные завитки и практически простучав дыру в полу он неожиданно вскочил с места.

– Хиропрактика!.. – с жаром выпалил он, устремив вверх указательный палец, – Основа основ превеликого врачебного искусства!.

. И как бы ее не поносили, как бы не отрицали!.. Это и есть неоспоримая истина!.. Credo quia absurdum (лат. Верю, ибо абсурдно)!.. Credo ut intellegam (лат. Верю, ибо истина)!..

Пав обратно на стул, Мартин с видом фанатика начал излагать догматы непонятно чего, временами полюбовно смотря на свои холеные руки, плавно сгибая и разгибая длинные изящные пальцы, а после выпалил, что именно руки есть тот самый чуткий инструмент, способный «посля мучительно-приятнейший действий с последующим выплеском томительно-напряженного» даровать абсолютный покой и полную безмятежность, за что тотчас же получил ложкой по лбу от Патрика.

– А ну не сметь в моем доме скабрезностей рассказывать! – взревел во все горло Патрик, – Совсем стыд потерял, Черт эдакий?! Я сейчас тебе покажу такую практику с руками! Я тебе руки враз переломаю!.. Ишь чего придумал… Похабничать и при детях!..

Услышав упоминание о себе, Себастьян с Лючией взрываясь потоками хохота, повыскакивали из-за стола и разбежались по своим комнатам.

Переведя дыхание, Патрик вдруг решил тоже блеснуть собственными знаниями. С не меньшим жаром принялся читать он «Черту эдакому» бурную лекцию и тоже в собственной манере изложения и действий, временами переключаясь с обычного языка на более доходчивый.

В конечном итоге Мартин стрелой залетел в комнату Себастьяна и приперев собой дверь, долго стоял с вытаращенными ярко-синими глазами, очевидно, переваривая обильный поток только что полученной информации.

Разложив все по полочкам, а заодно удостоверившись, что Патрик вышел во двор, «строгая врачебная интеллигенция», облегченно выдохнув, отпрянула от двери.

Смахнул невидимый пот со лба, Мартин поставил на письменный стол недопитую бутылку вина и хрустальный бокал, которые каким-то чудом успел прихватить во время своего стремительного бегства, с невозмутимым видом достал книгу с громогласным названием «CHIROPRACTIC» (англ.