Запретные дали. Том 1

В этот момент Мартин неожиданно почувствовал острую нужду в сердечных каплях, покоившихся в просторах его медицинского саквояжа, который он, как назло, посчитал неуместным брать с собой на званый ужин, а зря, ведь помимо сердечных капель, там было сокрыто превеликое множество волшебных настоек на спирту.

Подумав об этом, Мартин тотчас же воспылал неукротимым желанием немедленно поработать в ночную смену а пока что он мечтал о ночном дежурстве, Патрик, уединившись в сторонке со Старостой Фрэнком о чем-то рьяно договаривались.

Закончив свою «тайную вечу», они вновь обменялись рукопожатиями и снова подняли бокалы за молодых. Выпив залпом, Патрик подошел к Мартину и со словами: «Пошли домой, племянничек!», подтолкнул к выходу.

Почувствовав воздух долгожданной свободы, Мартин неожиданно понял, что дико хочет курить, а так он был уже за пределами губительного званого ужина, то не видел никаких преград для данной жизненной необходимости, и незамедлительно закурил прямо в сенях, с жадностью смоля одну за одной на протяжении всего пешего пути к дому.

* * *

Стефанида прибиралась перед сном на кухне. Пребывая в состоянии полнейшего умиротворения, наслаждалась она покоем одиночества, как вдруг входная дверь с грохотом распахнулась, впуская в дом всклокоченный черный вихрь, при виде которого весь душевный покой Стефаниды разом улетучился, сменяясь тревожной озабоченностью.

Придя в себя, Стефанида поняла, что это всего лишь распыленный Мартин, который на полном ходу едва не врезался в стеклянные дверцы буфета.

Устало взглянув на вновь прибывших, Стефанида тяжко вздохнула, мысленно прощаясь с тихим вечером, и принялась с отстраненным видом домывать грязную посуду.

– Ох, и плохо же тебе придется после свадьбы-женитьбы, – издевательским тоном заявил Патрик, наблюдая, как Мартин жадно заглатывает прямо из бутылки, – у Старины Фрэнки все непьющие, да к тому же, искренне верующие люди…

– Достопочтенный и премногоуважаемый господин Патрик, – тактично перебил его Мартин, – я никак не возьму в толк, чем же я перед Вами так сильно провинился-то? За что Вы мне устроили столь страшную экзекуцию? Я ведь Вас даже не лечил… Да меня там чуть удар не хватил!.