Запретные дали. Том 1

Предоставив Себастьяну маленькую передышку, «один-единственный» снова взял его за голову и было крутанул в другую сторону, но тут снова озвучился данный вид деятельности посредствам того самого «взрослого слова».

– Пасть захлопни, бестолочь истерическая, – рассерженно сказал Мартин, больно ударяя Себастьяна по нижней челюсти тыльной стороной ладони, – да расслабься, как следует, а то и взаправду шею тебе сверну!..

Он крутанул так сильно и резко, до звона в ушах. Стремительно посыпавшиеся искры из глаз, испепелив дотла повторно вырвавшееся «взрослое слово», заставили Себастьяна неожиданно вспомнить покаянную молитву в преддверии грядущей смерти.

– А ты гибкий как стебель и податливый точно глина, – заявил Мартин, заглядывая Себастьяну через плечо, – прям-таки приятненько работать!..

Тотчас же Себастьян выразил свое отношение к происходящему в упруго-податливой форме, не скупясь на доходчивые слова и известные выражения, отчего-то обзывая Мартина «вездесущим изувером».

– Ну что я говорил! – усмехнулся «изувер», пребольно продолжая свою вездесущую деятельность, – Вся скверна враз наружу повыходила!..

С этими словами он наградил Себастьяна неожиданно-приятным поглаживанием по плечам, однако стоило тому облегченно выдохнуть, как все успокаивающе-приятное разом закончилось.

– Руки за голову в замочек! – послышалась резкая команда, – Вдох-выдох!..

От неожиданности Себастьян замешкался, тогда Мартин нетерпеливо поставил ему руки за головой, и резко оторвав от пола, принялся беспощадно растягивать, выгибая на себя.

Под этой мучительной вытяжкой разом обмякшие позвонки, издавая мелодичное щелканье, принялись послушно подниматься снизу вверх.

Себастьян понятия не имел, что такое дыба, но в эту самую секунду почувствовал себя именно на ней. Тотчас же его посетила ужасная догадка о том, что Мартин помимо врачебного мастерства, прекрасно ознакомлен с искусством средневековых пыток.

– Стой, Мартин! – испуганно заверезжал Себастьян, – Я так быстро не вырасту!..

Однако Мартин явно не терял надежды и все продолжал упорствовать, силясь увеличить в разы весьма скромные габариты низкорослого Себастьяна, но, к счастью, последнего, довольно быстро осознал, что с природой не поспоришь, и все-таки опустил того на вдруг онемевшие ноги, которые едва не подкосились при встрече с грешной землей.